Курс валют USD 0 EUR 0

Хайсер Эдемов: пусть народ твердо стоит на благословенной земле

Комментариев: 0
Просмотров: 733

Хайсер Эдемов с супругой Венерой и сестрой Урие

 

Такой фразой на родном крымскотатарском языке подписана на обороте фотография, снятая в августе 1967 года в Москве. На ней молодой Хайсер Эдемов, выехавший в столицу в числе своих соотечественников, искавших справедливость в решении крымскотатарского национального вопроса. И всю свою сознательную жизнь Хайсер-ага посвятил претворению именно этой, главной для нашего народа цели. Он никогда не бил себя в грудь, требуя уважения и почестей за участие в национальном движении. Он был, есть и остается верным сыном своей земли. В эти январские дни Хайсер Эдемов отметил свое 83-летие. То, что ему пришлось испытать на своем веку, заслуживает внимания и уважения. Уверена, многие крымские татары, посещавшие в 1990-х — начале 2000-х Медцентр по обслуживанию депортированных народов на ул.Камской, прочитав эту статью, вспомнят всегда подтянутого и внимательного заведующего аптекой Хайсера Эдемова.

Ему снятся Байдары

Многодетная семья Эдемовых жила в с. Байдары Балаклавского района. Среди детей Эдемовых царили уважение и беспрекословное подчинение старшим. Отец Эдем Халиль был призван на фронт, и о нем долго не было никаких вестей. Старший сын, Джевдер, 1924 года рождения, так как ему еще не исполнилось восемнадцати, пошел на фронт добровольцем, стал танкистом. Сестра Джеврие помогала матери по хозяйству.

Из оставшихся дома — старший сын Эскендер, несмотря на то, что ему на тот момент было всего 10-12 лет, старался как мог заменить семье отца и старшего брата. В те тяжелые годы он ходил в лес, который находился в 3-4 км от дома, собирал сухие ветки деревьев и привозил домой на самодельном самокате. В лесу водились лисы и дикие кабаны. Иногда ему было страшно идти в лес одному, и он брал с собой братишку Хайсера и сестренку Урие. Дети быстро уставали, и брат привязывал их рядом, повыше на ветвях деревьев, где они сидели в ожидании, пока он соберет достаточно дров. Когда уже становилось невмоготу от сидения на дереве и страха, Хайсер просил сестричку: «Урие, агъла, агъласанъ, агъам тездже келир, бизни алыр!» (Урие, плачь! Если ты заплачешь, брат быстрее придет и нас заберет!). Но Урие, которой было тогда 4-5 лет, не слушала Хайсера и во все глаза смотрела на поляну с  белыми ромашками, где прыгали зайчики, а по веткам деревьев бегали белки. Ей было не до страха. Когда возвращался брат, то сажал их поверх связки дров на самокат. Разве можно забыть, как они втроем лихо катились на самокате вниз по серпантином вьющейся асфальтовой дороге, а мимо проносились обворожительные картинки родной байдарской долины.

Эти картинки вскоре сменили чужие пейзажи, которые они видели сквозь щели вагонов, уносящих семью в неведомый им доселе Узбекистан. Недружелюбно встретил их колхоз «Навои» Сырдарьинской области. На узбекской двухколесной арбе их доставили к камышовому шалашу, где до них содержали овец. Очистив его от навоза, Эдемовым пришлось в нем жить до холодов.

Когда пошел снег, их перевели в маленькую комнатку с земляным полом. Трехлетний Сервер заболел и, глядя на треснутые стекла окон, плакал: «Ана, бизни не ичюн бу кичкене, къараныкъ эвге алып кельдинъиз. Озюмизнинъ эвимиз балабан, ярыкъ эди де» (Мама, зачем вы нас привезли в этот маленький, темный дом. Наш дом был такой большой и светлый). Вскоре он умер в той комнатке от дизентерии.

Весной 1945 года старший брат Эскендер устроился заправщиком трактора и жил далеко от дома. Мама с сестрой тоже работали, и Хайсер с сестренкой оставались дома одни, но никогда не ссорились. Однажды мама с Джеврие отправились на базар в райцентр, за несколько километров, чтобы поменять одежду на кукурузную муку. На это могло уйти несколько дней. Хайсеру доверили присматривать за Урие. Мама строго-настрого наказала во время их отсутствия стараться меньше двигаться, больше лежать, и через каждые два-три часа пить по несколько глотков воды. Хайсер, определяя по солнцу время, поил сестренку и пил воду сам. «Урие, ичмесенъ, мен агъларым!» (Урие, если ты не выпьешь, я буду плакать!) – так уговаривал он сестренку, отказывающуюся пить и просившую еды, которой в доме не было. На третьи сутки дети впали в голодный обморок, с трудом их привели в чувство вернувшиеся из райцентра мама с сестрой. Джеврие сразу бросилась варить кукурузную кашу. От запаха и аромата муки, сваренной на воде, Урие пришла в себя, а Хайсер еще долго не мог сделать первый глоток спасительной жижи.

Старший брат Джевдер пропал без вести на фронте. В 1947 году из трудармии вернулся Эдем Халиль. Нашел свою семью. В тот же год дети пошли в школу. В первый класс Хайсеру пришлось идти уже в одиннадцатилетнем возрасте, вместе с сестренкой Урие. В зимний период, из-за отсутствия обуви и теплой одежды, занятия им приходилось пропускать, но это никак не отразилось на их успеваемости. Они были способными и очень старательными учениками. Хайсера по результатам успеваемости и учитывая возраст, перевели с первого сразу в третий класс.

В школьные годы Хайсер выделялся среди сверстников своим артистическим талантом. Он глубоко чувствовал музыку, любил кино, театр. Ему удавалось мастерски передавать в ролях отрывки из различных произведений, писал очень эмоциональные сочинения, и всегда получал только «пятерки». Долгие годы вел свой дневник и мечтал стать актером кино.

Младшая сестра Хайсера-ага – известная крымскотатарская писательница Урие Эдемова отмечает, что брат для нее всегда был примером, поддержкой и опорой. Ее восхищает его интеллигентность, обаяние, сила духа и природный артистизм. «За что бы он ни брался, он все делал удивительно хорошо, – делится Урие-апте. – Из него бы получился талантливый киноактер. Нигде не обучаясь этому, он прекрасно пел, танцевал. Я была на студенческом концерте, где брат, в хромовых сапогах, с красным поясом и в сомбреро, страстно исполнял мексиканский танец, аккомпанируя себе кастаньетами. Студенты и преподаватели аплодировали ему стоя».

Наставления мамы

Хайсер Эдемов, сдав все вступительные экзамены на пятерки, поступил в Ташкентский мединститут. В те годы для поступления требовался трудовой стаж. Знакомая табельщица Пакизе помогла с такой справкой. Но вскоре из колхоза кто-то донес, что у него нет трудового стажа, и Хайсера через три месяца учебы из мединститута исключили.

В 1959-м он поступил в Ташкентский Фармакологический институт и всегда следовал наставлениям мамы: «Все мои дети мечтали о медицине, но по разным, не от них зависящих, причинам им это не удалось. Хоть и не в медицине, но ты все же будешь иметь отношение к лечению людей. Ты смог воплотить и свою, и их мечту, поэтому всегда помогай простым, нуждающимся в помощи людям, тем, у кого нет другой возможности!» У Хайсера с матерью были особые, теплые отношения, приезжая на каникулы с учебы, он подолгу, припав к ее коленям, целовал подол ее платья. Он очень по ней скучал, а она тосковала по любимому сыну. Тяжело заболев, предчувствуя свой скорый конец, она сожалела, что уходит, не определив судьбы Хайсера и Урие. Старшие — Джеврие и Эскендер к тому времени уже имели свои семьи.

Хайсер сдавал сессию, и о смерти матери ему не сообщили, боясь, что он бросит все и приедет. Успешно сдав экзамены, он вернулся домой и сразу бросился в комнату матери. Все замерли, боясь ему что-то сказать. Не зная что делать, Урие соврала, что маму забрал на лечение старший брат Эскендер, который в то время с семьей жил и работал в Бекабаде. Хайсер сразу собрался ехать в Бекабад. Отцу пришлось сказать правду, которая подкосила любящего сына. Он заболел. Пролечившись в больнице, долго приходил в себя. Он так переживал эту утрату, что даже расстался с девушкой – студенткой мединститута, с которой встречался в годы учебы. Но судьбу не проведешь. Через три года он ее вновь отыскал, и они в 1964-м поженились. В Красноводск, куда Хайсера направляют заведовать аптекой, он едет уже с молодой женой Венерой Османовой. На новом месте она устроилась педиатром в больницу.

Верните родину народу!

Еще в студенческие годы Хайсер Эдемов, остро переживая судьбу своего народа, принимал участие в собраниях и встречах соотечественников, стремившихся решить национальный вопрос. И будучи в Красноводске, он не терял связь с участниками нацдвижения. В 1966 году, оставив жену с годовалой дочерью Наваль, он едет в Москву. Месяц с такими же, как он, активистами обивал пороги различных инстанций, принимал участие во встречах. Их схватили и на поезде отправили в Среднюю Азию. В казахстанских степях Хайсера высадили с поезда. Он, больной, лежал в чайхане, где его совершенно случайно увидела Васфие Джемилева, сестра мачехи Эмине, на которой отец Хайсера женился после смерти матери. Васфие Джемилева, так же как и он, в числе посланников народа выезжала в Москву. Она привезла больного Хайсера в Сырдарью, где его выходили. После выздоровления Хайсер вернулся к семье в Красноводск.

Этот инцидент не остановил его, и в конце того же года Эдемов вновь едет в столицу. Снова разгон демонстрантов. Хайсер получает предупреждение, что его, как только он вернется в Красноводск, посадят. Усние Меметова из Новороссийска, с которой он познакомился в Москве, пообещала помочь их семье обустроиться в Новороссийске. Так в 1967 году Эдемовы оказались в этом городе. Устроились на работу: Хайсер – в аптеку, Венера – педиатром в поликлинику. Молодой семье обещали выделить квартиру.

1967 год всколыхнул крымских татар вестью о возможности прописаться в Крыму. Воодушевленный Хайсер едет на родину. Но, увы, Крым для крымских татар по-прежнему был закрыт. Когда родился сын Эльдар, в 1968 году, Хайсер Эдемов был снова в Москве. В их Новороссийской квартире был учинен обыск, к счастью ничего не нашли, но Хайсера с работы уволили. Приехавший в то время в гости отец застал их в тяжелом положении. Венера с грудным ребенком в декретном отпуске, Хайсер без работы. Семья с двумя малолетними детьми абсолютно без средств, и никакой надежды на будущее. Отец убедил их вернуться в Узбекистан. Молодую семью на год приютила  сестра Венеры – Зейнеб Османова, работавшая бухгалтером в Гулистане.

«Аптекарский» почерк

Первое время в Гулистане Хайсер и Венера преподавали в медтехникуме. Затем Венера перешла на работу участкового педиатра, а Хайсера, как грамотного и ответственного специалиста, пригласили фарминспектором в аптекоуправление.

Через некоторое время пришло известие из Москвы о том, что в Сырдарьинскую область будет направлена серьезная комиссия с проверкой всей областной аптечной сети. Хайсера Эдемова срочно вызывает руководство: «У тебя всегда во всем порядок, так что на два месяца мы освобождаем тебя от твоих прямых обязанностей, но за это время приведи в такой же порядок документацию всех аптек области!»

Хайсер с поставленной задачей справился, он побывал с проверкой в каждой аптеке. И когда его направили сопровождать прибывшую через два месяца комиссию, он был спокоен. Комиссия серьезных нарушений не нашла, но отметила налаженную работу аптечного управления области и удивительно схожий почерк в работе. На что Хайсер Эдемов невозмутимо отвечал: «Ну, а как вы хотели, мы, аптекари, один Ташкентский фармацевтический вуз заканчивали, нас всех так учили!» Комиссия, удовлетворенная работой, уехала, а начальник аптекоуправления в знак благодарности выписал Эдемову премию.

В Гулистане Хайсер и Венера пользовались заслуженным уважением и авторитетом. Им предоставили сначала 2-комнатную квартиру, позже 4-комнатную. В 1973 году родилась дочь Севиль.

Такие люди живут среди нас

Несмотря на престижную работу, налаженный и обустроенный быт, в феврале 1988 года Хайсер решает ехать в Крым. В Джанкое и Симферополе обосноваться не удалось, не было прописки. Купил домик в пгт. Октябрьское Красногвардейского района, который полгода сам приводил в порядок. Соседи все дивились: как это, не курит, не пьет, день и ночь занимается ремонтом, благоустраивает дом и двор.

Хайсер Эдемов (сидит второй справа) с сотрудниками Медцентра по обслуживанию депортированных

 

Когда Хайсер Эдемов приехал за семьей в Гулистан, в его дом пришли сваты просить старшую дочь Наваль. Все решалось в спешке. Надо было срочно возвращаться в Крым, где он уже договорился о работе и для себя, и для Венеры. Отправили вещи контейнером. Сыграть свадьбу дочери Наваль потратившему все деньги на дом и ремонт Хайсеру помогли родные.

Хайсер вернулся в Октябрьское, принял контейнер и встречал семью уже в полностью обустроенном доме. Работу Эдемов нашел в Симферополе, в аптеке при горбольнице №7, жена устроилась участковым педиатром в Октябрьской поликлинике.

В 1991 году Хайсер-ага переходит на работу в аптеку Медцентра по обслуживанию депортированных и работает в этой должности долгие годы.

Сотрудница Медцентра Шефика Халикова, работавшая с Эдемовым в одном коллективе, отзывается о нем как об ответственном и отзывчивом человеке. «У него сложились теплые отношения с сотрудниками, к больным был внимателен. Если пациенты обращались за препаратом, которого в аптеке не было, он непременно добивался его получения, а потом передавал через кого-то в то или иное село больному, либо по возможности отвозил сам».

Трое детей Эдемовых окончили вузы: Наваль – пединститут, Эльдар – автодорожный, Севиль – исторический факультет Таврического национального университета. Все семейные, подарили родителям восьмерых внуков.

Вот такие люди живут среди нас, делая свою работу и следуя своим внутренним принципам – жить и работать во благо народа, и это заслуживает уважения.

Хайырлы яшлар олсун, Хайсер-ага!

 

 

 

 

comments powered by HyperComments
Loading the player ...

Анонс номера

Последний блог


Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/users/a/awebo/domains/goloskrimanew.ru/wp-content/themes/gk/sidebar-single_npaper.php on line 65