Курс валют USD 0 EUR 0

ИНАЧЕ И БЫТЬ НЕ МОЖЕТ

Комментариев: 0
Просмотров: 175

Шемснур-апте с дочерью Айше

 

Лидия ДЖЕРБИНОВА, специально для «ГК»

Народ умирает, когда становится населением. А населением он становится тогда, когда забывает свою историю.

Ф. Абрамов

 

На двух фотографиях изображена Шемснур-апте. На первой она обнимает своего мужа Усни-ага, переболевшего инсультом, так крепко обнимает, будто хочет удержать его на этом свете.

Усни-ага и Шемснур-апте, г. Симферополь, 1999 г.

 

На второй — уже ее дочь Айше точно так же обнимает свою маму и рассказывает: «Смотрю я на свою любимую, некогда красивую, постаревшую, самую любимую мамочку и скучаю по ее веселому заливистому молодому смеху и шуткам, без которых невозможно себе представить ее колоритную речь. Говорила она на трех языках: родном крымскотатарском, узбекском и русском. И все они звучали задорно, часто с шутками-прибаутками. Всю ее грамотность подтверждала учеба на курсах кройки и шитья в Янгиюле. А владению тремя языками научила жизнь, в которой нужно было преодолеть трудности, предначертанные велением свыше…  Сегодня же моя  мама лежит в кровати, — продолжает Айше, — и без меня, без помощи самых близких людей уже не может обойтись. Перенесла два инсульта. Смотрю на ее морщинистое лицо и думаю, сколько всего выпало на ее долю, на долю этого поколения! Ведь все преодолели!!!  Все боролись за выживание и выжили в неимоверных условиях войны и послевоенной депортации».

Сегодня, может, кому-то из подрастающего поколения это кажется ненужным туманным прошлым, но забывать прошлое своей семьи и даже не интересоваться — в корне недопустимо. Моим мыслям вторят слова Айше, идущие из глубины ее души:

«Хотела больше узнать о судьбе своих родителей. Звонила  родственникам, и никто не смог ответить на мои вопросы. Я так жалею, что в свое время, когда родители еще что-то могли рассказать, не интересовалась. Ничего уже не изменишь. Отца похоронили в 1999 году в Симферополе. Мы лишились его поддержки, пусть не материальной, но самой дорогой — отцовской, его совета и доброго слова. Если заглянуть чуть глубже в их жизнь, то много интересного можно рассказать.  Мама Шемснур Абибуллаева (Ислямова) родилась в живописном селе Черкез-Кермен в 1938 году…».

Ученые полагают, что эта деревня была создана в VI веке, когда близлежащие земли контролировались Византией. Археологи говорят, что в античный период почти рядом проходил главный торговый путь из Северного Причерноморья и степей Крыма в Херсонес Таврический. В средние века деревню, как и всю округу, населяли потомки готов. Она пережила все: от выселения христиан во времена российской империи до выселения крымских татар за год до окончания Второй мировой войны. Вернувшиеся из депортации, преодолев все многолетние трудности на чужбине, уроженцы деревни попытались восстановить ее, но не удалось. Территория была в 2002 году выделена частному лицу и на ней созданы коневодческие и свиноводческие фермы.

«…Мама так часто вспоминала о Черкез-Кермене, что это необычное название вошло в нашу детскую память, — продолжает Айше. Еще чаще мама вспоминает дом по улице 8 Марта. Я предполагаю, что это Балаклава, так как она говорит, что ее отец Ислям Арифмемет-оглу, 1880 года рождения, работал там на одном из судоремонтных заводов. Вроде даже каким-то начальником. О его дальнейшей судьбе  мама не помнит. Знает только, что ушел на фронт, и больше его никто не видел. После ожесточенных боев, в июне 1942 года враг захватил Балаклаву. В их доме, с приходом фашистов и установлением «нового порядка», на первом этаже разместился вражеский штаб, а на втором они: Мусиде-бита, 1895 года рождения, и ее пятеро детей, среди них и моя мама. Было очень страшно жить среди гитлеровских офицеров, слышать их непонятную речь, а иногда и песни в пьяном угаре».

Балаклава была освобождена 18 апреля 1944 года силами 4-го Украинского фронта и Отдельной Приморской армии во взаимодействии с Черноморским флотом и Азовской военной флотилией.

У населения, залечивающего раны утрат от войны и в ожидании возвращения фронтовиков, появилось неимоверное желание восстановления разрушенного  хозяйства и земледелия. Закипела работа. Всем хотелось вернуться к мирной жизни. Но ночь с 17 на 18 мая 1944 года перевернула весь уклад и все мечты. Ворвавшиеся  среди ночи солдаты с автоматами напугали детей. Мусиде-апте с трудом успокоила их плач. А собраться нужно за 15 минут. Старшей, Анифе, 12 лет, младшему, Феми, 4 года. Сложила в узелок их одежду, несколько килограммов пшеницы и кое-что из семейных ценностей. Отправились в дальний неизвестный путь вместе с родителями мужа  Исляма и всем огульно обвиненным крымскотатарским народом. Путь лежал на Урал.

Пока из теплого и солнечного Крыма добирались до холодного Урала, Мусиде-апте, разжевывая пшеницу, кормила детей – во рту появились кровоточащие раны у нее и у детей. Больно, но хоть как-то спасало от голодной смерти.  Прибывшие в Марийскую АССР, на станцию Шекшема, были размещены по баракам, оставшимся после заключенных. Кругом глухой лес. Младшие дети — Шемснур и Феми — иногда ходили в лес по ягоды в надежде продать на базаре, но до базара не доносили — съедали. Старшие трое детей — Анифе, Акифе и Джевдет работали на лесоповале. Младшие на берегу реки Вол сушили кору деревьев для переработки. Физически и морально ослабленных переселенцев косили болезни. Шемснур, как и многие соотечественники, переболела тифом, который, как известно, появляется в результате антисанитарных условий. От переохлаждения открылось сильное кровотечение. В больнице сделали вливание. Не выдержала холодной зимы и Асие-картана (мать Исляма). Хоронить пришлось в снегу. Но ночью шакалы растерзали тело.

Арифмемет-картбаба постоянно читал молитвы (прожил 100 лет). Видно, Аллах услышал его: через восемь лет приехал сын Шваип и перевез  всех в Узбекистан. Разместились в 5 отделении Янгиюльского совхоза». Работали на хлопковом поле. Вскоре Джевдет стал агрономом, Феми ревизором. Сестры вышли замуж. Шемснур после учебы на курсах кройки и шитья работала в ателье. Часто у ателье один и тот же грузовик стал замедлять ход — это Усни Абибуллаев пытался высмотреть ту единственную, предназначенную ему судьбой. В этом ателье работало много  крымских девушек. Ему же приглянулась острая на словцо, шутница и красавица Шемснур. И стал он ее выглядывать по утрам и вечерам. Эти мимолетные встречи привели к тому, что он ее украл и поселил у друга Февзи в другом совхозе. Женились без  согласия ее матери. Только через 8 лет, когда уже один за другим подрастали четверо внуков, сердце Мусиде-бита смягчилось, и она простила. А Усни с детства был забиякой. Наверное, поэтому совершал подобные поступки. Его отец Абибулла  до войны работал кожевенником в артели. Мама — Салье Французова — была прекрасной рукодельницей. Ее изысканные, связанные крючком  изделия радовали глаз. Шла довоенная размеренная жизнь с шестью детьми в доме на улице Красноармейской г. Симферополя, где сейчас находится аптека. Но внезапно появившиеся враги нарушили спокойный уклад не только семьи, но и всей страны.  И Усни по своей детской наивности дразнил разместившихся у них в доме захватчиков какими-то стишками и прибаутками и задорно убегал. Однажды немецкий офицер, видно, был не в духе, выстрелил в него из пистолета и попал в ногу мальчишке. Эта рана оставила свой след не только на ноге Усни, но и в его памяти.

Невзирая на трудности, жизнь налаживалась. Время шло. Дети росли. Но отнятая Родина, завещанная покойными родителями (отец Абибулла умер от голода), не давала покоя Усни-ага. Он смотрел на стариков, женщин, детей и вернувшихся с фронта соотечественников и не находил ответа на свой вопрос. Это подвигло его влиться в национальное движение. А детям, словно завещание, повторял: «Если умру на чужбине, то похороните на Родине. Поездом не везите. Везите самолетом и только в Симферополь». Работая шофером на рефрижераторе «Узплодовощвинпромтранса», он объездил весь Союз. Побывал в прекрасных уголках страны, но сердце тянуло только на Родину.

В 1990 году приехал. Снял жилье. Пикеты были в тот год обычным явлением. Определившись с местом для строительства дома, он поехал за контейнером в Узбекистан. Отправил 20-тонник со стройматериалами — конфисковали. В результате — инсульт. Как только появилась возможность — снова дорога в Крым. Построились. Второй инсульт не заставил себя долго ждать. За ним и третий. Ведь за полтора года он потерял двух братьев. Когда он болел, то просил жену спеть его любимые народные песни «Къара кератым», «Азбарымда бадем терек» и др.  Очень любил свой народ, его культуру. Дома всегда звучала родная речь.

После его смерти в 1999 году Шемснур осталась одна. Дом без него словно остыл. И действительно, не было ни отопления, ни удобств. Но она никуда не хотела уходить из дома – памяти о муже. Она часто вспоминает о его преданной любви к ней: «Однажды, когда у меня был приступ аппендицита, операция оказалась сложной, и моя жизнь висела на волоске, а Усни не пускали в реанимацию, так он умудрился убедить врачей, что у него тоже аппендицит и что ему нужно сделать операцию». Операцию сделали, и он лежал в одной палате со своей любимой женой и ухаживал за ней. О такой любви можно только мечтать и писать романы. Супруги дали путевку в жизнь четверым детям. Все они получили образование, создали семьи и смогли переехать в Крым, построить дом.

Старшая дочь Айше в июне 1991 года с мужем Аметом и двумя маленькими детьми переехали в Симферополь. В кармане было всего 37 рублей, но в душе единственное желание — жить на Родине предков.  До этого Амет, выстояв пикеты, в 1990 году получил участок в Ак-Мечети. Привез семью, устроился на работу. Начал строиться. Около восьми лет прожили в подвале строящегося дома. Необустроенность и сырость сказались на здоровье. Одному из сыновей пришлось серьезно лечиться в больнице от аллергии. На сегодняшний день и дом стоит, и дети получили высшее образование. Занимаются предпринимательской деятельностью. В этом им помогают экономические знания, полученные в университете.

Отец Амета — Адиль Абдураманов, уроженец Байдар, с началом войны был призван на фронт, выучился на танкиста в училище Вологодской области. Участвовал в боях в составе 37-го десантного корпуса. Был ранен. После госпиталя воевал в составе резервного полка за освобождение Москвы и Европы. За ратные дела был награжден орденом «Великой Отечественной войны» II степени и рядом боевых медалей. После Победы приехал к месту, куда были высланы его родственники из Крыма, в Янгиюль. Работал водителем в автобазе передвижной механизированной колонны, позже заместителем директора «Заготзерно». В 1991 году  вернулся на Родину. Ему была выделена однокомнатная квартира в Симферополе, умер в 2011 году. Остальные дети Адиля-ага: Зарема (педагог) живет в Москве, Эдем (прораб) умер в Крыму, Сельме (историк) живет в Крыму.

Когда у мамы пошатнулось здоровье — открылось кровотечение (подарок уральских лесов), Айше с помощью брата Айдера перевезла ее к себе. Дети и родной брат Айдер тоже не оставляют без внимания. У Айше среднее медицинское образование. Имеет опыт работы в реанимации и кардиологии Янгиюльской городской больницы. Выходила свою маму после двух инсультов.

 

comments powered by HyperComments
Loading the player ...

Анонс номера

Последний блог


Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/users/a/awebo/domains/goloskrimanew.ru/wp-content/themes/gk/sidebar-single_npaper.php on line 65