Курс валют USD 0 EUR 0

Кусочек крымскотатарской истории — в черно-белых фотографиях

Комментариев: 0
Просмотров: 982

Есть в мире такая категория людей — незаметные труженики, молча несущие на своих плечах огромную часть общего труда. Эти «бойцы невидимого фронта», без громких заявлений, выполняющие рутинную работу, заслуживают уважения настолько, что нет слов. В отличие от некоторых «пустозвонов», «примазывающихся» к любой мало-мальски значимой личности, выдавая ее деятельность за свою, непомерно раздувающих свои заслуги в народном деле.

Можно сказать, случайно, мы узнали о том, что жил когда-то в Самарканде человек — крымский татарин, Билял Эльмиров (1932-1978), оставивший для потомков большое, поистине историческое наследие — множество редких черно-белых фотографий.

Учитывая, что в 1960-1970-е годы было небезопасно фотографировать, копировать фотоматериалы и архивные материалы, касающиеся борьбы крымских татар за восстановление своих прав, работа, которую делал Билял Эльмиров, граничила с риском.

Он, фотограф и переплетчик по профессии, близко дружил с известным общественным деятелем Идрисом Асаниным (оба были родом из с. Фоти-Сала, в 1944 году в депортацию попали вместе в с. Митан Самаркандской области).

Мы побывали в гостях  в Симферополе у супруги Биляла Эльмирова Лейли-ханум, уроженки Дерекоя, и она рассказала нам о его жизни, показала множество фотографий, сделанных мужем в Самарканде:

— Все материалы о крымских татарах, что Идрис Асанин доставал в архивах, библиотеках Москвы, Ленинграда, Билял перефотографировал и распечатывал — страницы изданий, статьи о крымских татарах, старинные фотографии крымскотатарских политических, культурных деятелей, снимал самаркандских активистов, — рассказала Лейля-ханум. — Работал ночами — зимой, летом, в жару, в холод, в подвальчике нашей пятиэтажки-«хрущевки» на улице 23-го Партсъезда в Самарканде, где мы жили с нашими пятью детьми. По профессии муж был переплетчиком. Он — инвалид, ходил на костылях, из дома выходил очень редко. Идрис Асанин, Роллан Кадыев, другие самаркандские активисты обычно приезжали к нам домой, привозили отснятые и проявленные фотопленки. Это могли быть фотокопии страниц книг из библиотек, документы из архивов… Муж каждый кадр распечатывал, сушил фотографии, сшивал, переплетал, делал все в нескольких экземплярах, один обычно оставлял себе.

Вот, например, фотокопия книги «ШагинЪ-Гирей — последний крымский хан» Лашкова, 1886 год издания, — показала Лейля-ханум книгу, сшитую из страниц-фотокопий.

— Однажды на самаркандском кладбище Панджаб, где крымские татары обычно собирались 18 мая, они с другом Асаном попытались поснимать, Асан забрался на дерево, чтобы пофотографировать людей сверху. Фотоаппарат у них отняли — на Панджабе 18 мая всегда дежурила милиция.

Фотографии, фотокопии, сделанные мужем, хранились у нас дома, я никогда особо не вникала, что он снимает, что распечатывает… Он много сделал для народа, однако не суждено было ему вернуться в Крым…

— Мой отец всю жизнь собирал номера газеты «Ленин байрагъы», — вступил в разговор Сервер, сын Лейли-ханум. — Он сшивал, переплетал подшивки газеты за каждый год… Увидит интересную статью — отмечает подписью. Очень аккуратно относился к газетам, книгам. Нас, детей, ругал за загнутые уголки книжных страниц…

— Он настолько любил Родину — Крым, он так верил, что мы вернемся на Родину, был убежден, что дети и внуки вернутся… — говорит Лейля-ханум. — В 1973 году мы с мужем, с дочкой приехали в Ялту, сняли комнатку, пообедали в столовой… Было жарко, дочке после дороги стало плохо… В тот день мы на такси поехали в Фоти-Сала. Билял стал рассказывать, где кто в селе жил… Подъехали к тому месту, где дом его раньше стоял, а там пусто… Отошли, сели в тенечке, его всего трясло…

Из соседнего двора вышла русская женщина, увидела нас, сидящих под деревьями, спрашивает: «Вы, наверное, здесь жили?» Стала приглашать к себе в дом: «Заходите», — говорит. Мы заходить не стали, только воды попить попросили… Муж пофотографировал Фоти-Сала, и мы сразу в тот же день уехали… В Бахчисарае побывали в гостях у Елены Варламовны Нагаевской (она работала в музее), она потом в Самарканд приезжала, к Идрису Асанину.

Еще раз мы были у Нагаевской в Бахчисарае в 1988 году…

Он очень любил крымскотатарские народные песни, музыку, пластинок в доме столько было! Сабрие Эреджепову, Эдие Топчи слушать любил… Песни «Порт-Артур», «Байдарава ёллары» — его любимые были. Когда ансамбль «Хайтарма» приезжал в Самарканд, это был праздник, всей семьей мы ходили на концерты…

Когда муж умер, 25 мая 1978 года, самому младшему нашему сыну было десять месяцев… Я тридцать лет проработала на обувной фабрике… На Родину нам посчастливилось вернуться в 1995 году…

 

Кусочек истории крымскотатарского народа, который запечатлел в черно-белых фотографиях Билял Эльмиров, — бесценный подарок для потомков. Благодаря неустанному труду талантливого фотографа мы вновь и вновь окунаемся в наше нелегкое, освященное борьбой за свои права, горькое прошлое — что уж говорить — жизнь крымскотатарского народа никогда не была безоблачной.

IMG_1905

Л. Эльмирова с внучкой

фото001

Лейля-ханум с детьми в гостях у Нагаевской (сидит справа), г. Бахчисарай

Эшреф Шемьи-заде, Бекир Умеров и Билял Эльмиров, Самарканд

Э. Шемьи-заде, Б. Умеров, Б. Эльмиров, 1 мая 1969 года, г.Самарканд

фото013

Е. Нагаевская (сидит в центре) в гостях у крымских татар; И.Асанин (стоит крайний слева), г. Самарканд

фото008

Б. Эльмиров (стоит крайний слева), его жена Лейля (сидит в центре), И.Асанин с супругой Лемарой (стоят крайние справа)

 

 

comments powered by HyperComments
Loading the player ...

Анонс номера

Последний блог


Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/users/a/awebo/domains/goloskrimanew.ru/wp-content/themes/gk/sidebar-single_npaper.php on line 65