Курс валют USD 0 EUR 0

ПРОСТО БЫЛ ВЫБОР У КАЖДОГО: Я ИЛИ РОДИНА

Комментариев: 0
Просмотров: 140

Эскендер и Момине Куртумеровы. г. Мелитополь. 1996 г.

 

 

 Лидия ДЖЕРБИНОВА

 

Самое лучшее и дорогое — Родина.

Горе твое – это наше горе, Родина.

Правда твоя — это наша правда, Родина.

Слава твоя – это наша слава, Родина!

(Роберт Рождественский)

 

Очень часто  дети стараются быть похожими на своих родителей и подражать им во многом. Беззаветная любовь к Родине передалась и Эскендеру Куртумерову. Он прекрасно знал биографию своего отца, о его самоотверженном боевом пути в годы Великой Отечественной. Поэтому и сам стал активнейшим участником национального движения в Мелитополе, но об этом позже.

Его отец Куртумер Мамутов (1913 г.р.), выпускник Киевского пединститута,  преподавал в школах Судака географию. В Таракташе был директором школы, где  познакомился с учительницей младших классов Эмине Гафаровой. Вскоре они создали семью, в которой родились три сына: Сервер, Эскендер и Дилявер. Успел поработать и директором ФЗО. В 1940 году был призван на службу в армию, окончил Сталинградское военно-политическое училище. Участвуя в боевых действиях на фронтах Великой Отечественной войны, служил в 32 отдельной армейской батарее Южного фронта, в 10  гвардейской Краснознаменной бригаде Северо-Кавказского фронта. Когда командир пулеметной роты выбыл из строя,  командование взял на себя младший политрук Мамутов. Он смог уничтожить группу гитлеровцев. Его рота пулеметным огнем обеспечивала проход батальона. Продолжил борьбу в танковом истребительном полку, пришлось командовать и батальоном. Он со своими бойцами участвовал в освобождении  Северного Кавказа, Украины, Молдавии, стран Европы и Германии. После освобождения населенных пунктов Европы, нередко назначался там комендантом.

Куртумер Мамутов.1945 г.

 

Куртумер Мамутов был членом комиссии по изучению экономики европейских стран. Выявляя принадлежность того или иного предприятия национал-социалистической рабочей партии Германии, его демонтировали и отправляли в СССР. Так им было выявлено и отправлено в Союз около 20 заводов и фабрик (всего было отправлено в СССР 2885 заводов). Начальники железнодорожных станций освобожденной Европы беспрекословно ему подчинялись. По своему дипломатическому статусу экономического советника он имел право свободно передвигаться по странам: от Западной Европы вплоть до Дальнего Востока. И это сыграло роковую роль в его судьбе. Когда он в 1947 году  нашел свою депортированную семью в  Каттакургане Самаркандской области Узбекистана, обида переполняла его сердце. Он несколько лет проработал военруком в школе. Но великая тоска по родному Крыму  и дому, куда он стремился вернуться все годы на фронте, съедала его, словно червь, не давая покоя ни днем, ни ночью. И он рискнул. Но здесь его ждало полное разочарование: ему дали 24 часа, чтобы он вернулся в Узбекистан. По возвращении не были приняты во внимание ни его награды, ни статус. В НКВД аннулировали  его статус дипломата, конфисковали все его награды (командир роты 198 рабочего батальона гвардии старший лейтенант в июле 1945 года был награжден орденом «Красной Звезды», была и медаль «За отвагу»). Правда, за боевые заслуги, проявленные в годы войны, он в 1985 году был награжден орденом «Отечественной войны» 2 степени. Но это потом, а пока горечь и разочарование. Он стал таким же, как все, спецпереселенцем с регулярным посещением спецкомендатуры для отметки о своем присутствии в месте высылки.

Назифе картана.1955 год.

 

Куртумер Мамутов не мог без боли слушать рассказы жены и детей о трудностях выживания в годы оккупации и многодневном пути в товарных вагонах на чужбину. Страшный путь в наказание ни за что, смерть близких,  страшная картина: уложенные вдоль железнодорожного полотна тела умерших соотечественников. Голод, грязь, антисанитарные условия — все, о чем со слезами делились самые родные люди,  ранило сердце. Он восторгался смелым поступком жены в пути. По рассказам детей, в один из дней, когда на одной из стоянок раздвинулись двери вагона, Эмине увидела двух пьяных моряков, которые, указывая в строну эшелона, смеясь, говорили: «Смотри-ка, предателей везут». Она выскочила из вагона, набросилась на них с кулаками и тут же вернулась обратно. Эшелон тронулся. Теперь ищи ветра в поле! Будучи полной противоположностью друг другу в плане характера,  Куртумер и Эмине крепко любили друг друга. Он, шутя, говорил: «Меним авратымны бутюн дюнья йыгъылса да — баш эталмаз. (Мою жену никто не сможет остановить, даже если соберется весь мир)».

Жили дружно и о Родине и своем происхождении ни на минуту не забывали. Когда сняли с народа ограничение на передвижение, они переехали в Мелитополь, но до этого была попытка обосноваться в Судаке — не позволили. В Мелитополе он работал бухгалтером на элеваторе. Следующая волна переселения тоже не увенчалась успехом. С трудом, но прописку иногда оформляли в степных районах Крыма. Надеясь на случайную удачу, поселились в селе Красная горка Ленинского района, но их поджидали очередные трудности: пенсию не давали, так как не было прописки. Ему пришлось вернуться в Узбекистан и коротать свой век там. 1981 год оказался последним для него. Пока мог, ходил в военкомат в ожидании очередной награды. Так и не удалось бравому солдату своей Родины, верному сыну Отчизны, готовому душу за Крым родной отдать, пожить в родном Судаке. А жена ослепла от горя и умерла в 1995 году у дочери в Ленинском районе Крыма.

Ну разве мог сын такого человека, до мозга костей впитавший патриотизм своего отца, внушившего ему любовь к родному Крыму, оставаться в стороне от борьбы за возвращение? Но этот путь был нелегким. Предвидя трудности, зная, что снятый режим для спецпереселенцев еще ничего не значит, народ повсеместно давно обдумывал вопрос борьбы в узких кругах друзей. Потом стали проводиться более расширенные собрания. Начали отправлять делегатов в Москву, которые должны были там добиваться приема у правительства. Крымские татары Мелитополя проявляли свою активность. В 1966 году честь стать делегатом выпала Эскендеру Куртумерову (сыну Куртумера Мамутова). В Москве он познакомился с известными правозащитниками и активистами из Средней Азии. Общался с Петром Григоренко, Костериным, Гумилевым. Его находчивость  и умение расположить к себе людей играли положительную роль. Например, когда нужно было попасть на прием к главному редактору газеты «Известия», он смог «по секрету» выведать у секретаря, как его найти.

Лиля Куртумерова. 9 класс. г. Мелитополь.

 

В их однокомнатной квартире в Мелитополе печатались информации для распространения среди народа. В них были отчеты делегатов и освещались события в Крыму. Начались вызовы в соответствующие органы. «Доверительные» беседы вскоре превратились в обвинительные. В ожидании приговора суда, чего только не выстрадала его семья и две дочери — Лиля и Замира!  Четыре обыска! При одном забрали даже столовые ножи! По страницам просмотрели все книги в  квартире и  кладовке. Его держали в Бердянске, а жену Момине приглашали для бесед то в Мелитополь, то в Запорожье, отрывая от работы в ателье. А ей содержать и кормить семью! Однажды во время беседы приехавший из Киева человек  предложил ей написать мужу письмо с жалобой, что ей очень тяжело с детьми, нужно оплачивать кооперативную квартиру, музыкальную школу, садик. Пусть муж выступит по телевидению с заявлением, что он раскаивается в своих действиях, и  его выпустят. Она отказалась, сказав, что ее муж на это никогда не пойдет, даже если она и напишет, но уважая своего мужа и зная его твердый характер, не будет этого делать. Она шила дома и выносила на базар для продажи. Ее задержали, сказав: «Видите, как вам тяжело. Напишите мужу». Она в ответ: «Да. Мне тяжело. Но если я и напишу, он этого  все равно не сделает. Он сын своего народа и будет до конца бороться за его возвращение на Родину».

Применялись и другие методы. Однажды забрали из школы их дочь пятиклассницу Лилю и возили несколько часов по городу, расспрашивая об отце, его друзьях, посещающих их дом. Момине в панике не знала где искать дочь. Прибежала в слезах к своей маме. Заявлять в милицию тоже боялась. Вдруг у дома остановился легковой автомобиль. Из него вышла девочка. «Мы привезли ее в целости и сохранности», — сказали и уехали. Девочка вся тряслась от страха. Эта поездка очень отразилась на ее здоровье. Училась в культпросветтехникуме. Вышла замуж в Новороссийск. Но из-за болезни (рассеянный склероз, полученный в результате  стресса)  через два года вернулась с  дочерью Эльзарой. Великое желание преодолеть болезнь и жить полноценной жизнью привело ее в Мелитопольский пединститут, куда ее родители доставляли на такси, ноги и руки отказывались слушаться — пользовалась коляской. В таких муках она закончила вуз и умерла в 1995 году, когда ей было всего 32 года.

 

28 ноября 1973 года  Запорожский суд приговорил Эскендера Куртумерова к 2 годам, Эбазера Халикова и Ригаеда Рамазанова — к 2,5 годам общего режима. После полной отсидки Эскендера  Куртумерова не прописывали в свою квартиру к семье и, соответственно, не брали на работу. Подрабатывал случайными заработками где придется. В конце концов прописали и устроили на работу на завод имени Воровского —  надоело за ним охотиться. Но зов Родины не утихал в сердце Эскендера-ага. В 1976 году уволился и уехал в Крым к родителям, которые жили там без прописки. Он снова постоянно приглашался для бесед и предупреждений, что в приграничном Крыму нельзя жить без прописки. Его обращения в паспортный стол насчет прописки не удовлетворялись. В 1979 году он вынужден был вернуться в Мелитополь, так как назревала угроза нового ареста в Крыму. Его приняли на ту же должность на тот же завод.

 

Ригаед  Рамазанов.1966 г.

 

Несколько слов об осужденном вместе с  Эскендером-ага  и освобожденном на полгода раньше своего срока Ригаеде Рамазанове (из Демирджи). Он был сыном сестры Ремзие (матери Момине) — Аджире Акимовой. Его отец, как и многие другие молодые мужчины, был призван в трудармию. О нем ничего не было известно. Семья Аджире попала куда-то в Коканд. От голода и болезней умерли шестеро из их семьи. Он никак не мог забыть смерть сестры Салихи. Они вместе собирали колосья пшеницы после сбора урожая. Надсмотрщик избил ее, и она умерла. После смерти матери  он остался один. Семилетний  Ригаед вместе со стариком-узбеком похоронил мать. Этот же старик сдал его в детский дом. Узнав об этом, Ремзие на подножке вагона из Ангрена съездила в Коканд за ним, без разрешения на то коменданта, и привезла грязного, голодного мальчишку. Усыновила. Дала ему свою фамилию. В школе он учился на зависть всем. Когда Ремзие вышла замуж, он остался с бабушкой Назифе. Поступил в Ташкентский горный институт. Работал и учился, но из-за здоровья бабушки вынужден был вернуться и досматривать ее. Работал в ателье. Шил верхнюю одежду. После смерти бабушки переехал в Мелитополь. Его домашний скарб состоял из небольшого матраца и одной подушки. После учебы на курсах закройщиков в Запорожье, продолжил работу в ателье. Мастер Ригаед Рамазанов был известен на всю округу. От заказчиков не было отбоя. Но с таким приданым, как у него, трудно было найти невесту. Как-то на танцах познакомился с Ларисой. Женился. На свет появились Эдем, Эльвира и Гульнара. Участие в национальном движении поглотило его полностью. Будучи патриотом, он тоже попытался  с семьей переехать в Крым, но вынужден был вернуться назад. Вскоре заболел. Внезапная смерть от неизлечимой болезни унесла его из рядов близких ему друзей и родных.

Эскендер Куртумеров  тоже так и не смог вернуться в родной Крым, за который жизнь готов был положить. Умер в 2010 году в Мелитополе. Его вторая дочь Замира живет с семьей в Мелитополе, и неизвестно сможет ли когда-нибудь вернуться на Родину предков. А жена Эскендера-ага Момине апте с внучкой Эльзарой и правнучкой Аминой живут в симферопольском массиве Ана-Юрт и надеются, что счастье для них не за горами.

 

 

 

comments powered by HyperComments
Loading the player ...

Анонс номера

Последний блог


Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/users/a/awebo/domains/goloskrimanew.ru/wp-content/themes/gk/sidebar-single_npaper.php on line 65