Коллектив радиокомитета. Обсуждаются итоги прошедшей недели
К 130-летию со дня первой демонстрации беспроводной радиосвязи и 80-летию установления ежегодного «Дня радио»
Лидия ДЖЕРБИНОВА, специально для «ГК»
Сегодня, когда мы слушаем радио, смотрим телевизор, пользуемся социальными сетями, а также в различных служебных целях применяя и рацию, мы не задумываемся, как это происходит. Жизни уже не представляем без мобильных телефонов. А ведь какой сложный путь прошло развитие радио, но хорошо понимаем, какое значение оно имеет в жизни каждого из нас. В России его изобретателем считается русский ученый А.С.Попов. С 7 мая 1945 года эта дата считается Днем Радио.
В России первые радиопередачи появились в 1919 году. С 1920 года их диапазон расширился. Первое радио в Крыму появилось в 1922 году. В 1930 году был образован Крымский Областной радиокомитет. Первая передача в Крыму по беспроводному радио состоялась 1 Мая 1930 года, и регулярное вещание стало работать с июня того же года. Озвучивались материалы газет, выходивших уже к тому времени в Крыму: «Ленин ёлы» («Ленинский путь») на крымскотатарском и русском языках. Если сначала читался материал из газет их работниками, то позже читали дикторы Эсире Шемьи-заде и Ильяс Бахшиш. Председателем радиокомитета в то время работал Суфьян Бекиров.
Позже стали звучать и песни, которые исполняли Сабрие Эреджепова, Алиме Сулейманова, Муневер Алиева, Зейнеп Люманова, Эдие Топчи, Мемет Абселям. Вскоре при радиокомитете был создан хор.
В 1938 году в коллективе в качестве диктора появилась Фатма Аметова, проработавшая до начала войны, а также, после освобождения города от фашистов, до депортации.
В годы войны работники радио не остались безучастными к судьбе Родины. С приближением врага к Крыму, Крымский радиокомитет получает указание от ЦК ВКП (б) переехать в Москву. И 8 сентября 1942 года в 18.00 на волнах Всесоюзного радио прозвучало обращение к крымскотатарскому народу. Весь объем передач составлял 57 минут. По рекомендации крымского обкома партии в Москве работали: Юсуф Болат — ответственный редактор; Ваап Османов — литработник, диктор, бывший инструктор крымского обкома партии.
После оккупации Крыма, в тылу развернулась борьба против гитлеровцев. Подпольщики, партизаны проводили всевозможные рейды и операции.
Абдулла Дерменджи, окончивший в Москве институт журналистики, после работы в некоторых крымских газетах с 1938 по 1940 год был главным редактором в Крымском Радиокомитете. Участник Великой Отечественной войны был сотрудником газеты «Знамя Победы». Солистку радиокомитета Эдие Топчи несколько раз допрашивали в гестапо. Требовали сказать, где ее муж – журналист, редактор газеты в Бахчисарае Осман Батыров. Она молчала.
Но, невзирая ни на что, день 18 мая 1944 года стал роковым для всех – депортация! Все оказались далеко за пределами родного Крыма. С трудом выживая в местах спецпоселений, многострадальные люди с воодушевлением и надеждой на лучшее будущее и на возможность возвращения в Крым встретили решения разоблачительного ХХ съезда КПСС, прошедшего в феврале 1956 года. Его решения начали претворяться в жизнь. Шамиль Алядин (1921-1996) — известный крымскотатарский писатель, добился разрешения и принял активное участие в создании ансамбля «Хайтарма», газеты «Ленин байрагъы», журнала «Йылдыз», редакции крымскотатарской поэзии и прозы в издательстве им. Г. Гуляма.
Через секретаря ЦК Компртии Узбекистана Шарафа Рашидова два года добивался, чтобы Москва разрешила крымским татарам выходить еженедельно полчаса в эфир на узбекском радио. В эти полчаса должна была звучать только музыка. Редактором был назначен Тимур Дагджи, а диктором стала Фатма Аметова. В 1957 году она продолжила свою деятельность в качестве диктора крымскотатарской редакции Госкомитета по телевидению и радиовещанию Узбекистана, где проработала 30 лет.
Известный композитор Ягья Шерфединов и группа композиторов и музыкантов в Бекабаде записали народные песни и мелодии. По республиканскому радио стали звучать песни на языке изгнанного из Крыма народа.
О первом радиоконцерте Тимур-ага вспоминал так: «Я родился в Самарканде, Крыма никогда не видел, но уединившись в кабинете, не стесняясь собственных слез, слушал родные мелодии, а перед глазами всплывали удивительные картины. Протяжно, заунывно играет труба. И мне казалось, что это играет человек, взобравшийся на самую высокую гору, на самую вершину Ай-Петри, откуда видно и море, и долины с маленькими деревеньками. А по дорогам движутся колонны машин. Это крымские татары, которых вывозят из родного края. Он играет прощальную песню. Он прощается с Родиной. Тоскливо звучит мелодия, тоскливо сжимается сердце. Где ты, Родина, которую я никогда не видел?!». Таков был первый концерт далеко-далеко от Крыма, который без слез невозможно было слушать.
Почти такое же чувство испытывала и я – ребенок, родившийся через несколько лет после ужасной войны. Я смотрела на слезы моих ныне покойных родителей, сестры и брата, и не могла сдержать своих слез — плакала вместе с ними. Их тоска по Родине и любовь к ней передавались и мне. Слушая наши песни, я их мысленно, а иногда, когда никто не слышал, воспроизводила вслух. Так я училась правильному произношению родных слов.
Здесь уместно вспомнить, что с Тимуром-ага Дагджи мы познакомились, когда я была студенткой пединститута. Помню, мне позвонили из обкома комсомола и попросили приехать на радио для дачи интервью корреспонденту республиканского радио. Приехала. Меня ждал Тимур-ага. Это был 1967 год. Он задавал мне вопросы, а по окончании интервью мы еще долго беседовали. Представителям двух поколений, нам было о чем поговорить. В следующий раз мы встретились в 1983 году в Ташкенте на республиканском съезде журналистов СССР. Он предложил мне работу собкора газеты «Ленин байрагъы» по Ферганской долине. Я согласилась. А до этого, работая на радио, я была направлена на повышение квалификации в Ташкент. Год не помню. На одной из лекций нам очень хвалили работу Тимура Дагджи, когда он работал в республиканском радиокомитете. Он одним из первых в 1966 году сделал репортаж о разрушительном землетрясении в Ташкенте. Обещали пригласить его к нам на занятие, но по каким-то причинам не получилось.
В 1957 году появился ансамбль «Хайтарма». По радио передавались народные песни в исполнении его солистов. Сколько было радости, когда они приехали с гастролями к нам в Андижан, и каждый раз по их приезде мы ходили на концерт всей семьей.
Для укрепления идеологической работы в областях Узбекистана стали появляться вещания на татарском языке. Слово «крымскотатарский» запрещалось говорить. Появившееся в 1934 году, радио в Андижане в 1969 году расширило свое вещание. Передачи стали звучать на узбекском, русском и татарском.
Первым редактором редакции татарского вещания стала Саджиде Бекировна Асанова, проработавшая на радио до 1974 года. Передачи она готовила с удовольствием, и верила, что когда-нибудь все возродится на Родине. Но до этого счастливого дня она не дожила. После нее редактором проработала Тотай Мустафаева, а в 1976 году ее сменила я — Лейля Асанова (Лидия Джербинова). На радио успешно проработали Ленмара Мустафаева, Наджие Халилова и Гульнара Исмаилова.
Наши передачи в Андижане должны были звучать два раза в неделю по 10 минут и носить только информационный характер. Потихоньку в эфире стали появляться тематические передачи, включающие в себя, кроме сухих корреспонденций, рассказы о передовиках производства и сельского хозяйства. Организовывались всевозможные радиофестивали, радиожурналы, радиолектории, циклы передач, как постоянные, так и посвященные каким-либо датам. К микрофону приглашались известные уважаемые представители народа.
Особый интерес радиослушателей привлекал радиожурнал «Къаранфиль» (Гвоздика), организованный в год празднования 35-летия Победы в Великой Отечественной войне. Выступали участники войны, партизаны. Можно было услышать рассказ Юнуса-ага Аргинского, который, будучи танкистом, сражался на берегах Днепра, и во время боя с вражеским десантом его танк загорелся. Затем госпиталь в Махачкале и в 1944 году Андижанский машзавод. Рассказ участника боев за Севастополь Бекира Сулейманова и много-много других.
Этот радиожурнал звучал до отъезда на Родину его создателей. По всем показателям редакция татарского вещания ничем не уступала другим, кроме как объемом вещания: также широко освещались знаменательные даты, а в «горячие» дни хлопкоуборочной страды успехи хлопкоробов ставились во главу угла.
Подготовленные передачи визировались редактором, главным редактором или председателем радиокомитета, затем работником обллита (цензура советского периода) и только тогда можно было выходить в эфир.
К слову. Как-то я заболела, и некому было готовить передачу. Решили передать концерт. Диктор Наджие Халилова подготовила, но секретарь коммунистической партийной организации радиокомитета, редактор вещания на узбекском языке Мамлакат Исмаилова, которой в тот день по какой-то причине было поручено визировать передачу вместо главного редактора Эргашбоя Дехканова, потребовала перевода песен. Наджие позвонила мне. Я отреагировала, доказав, что песни на магнитофонной бобине завизированы в Ташкенте Узлитом и не требуют перевода.
В 1981 году я стала членом Союза журналистов СССР и вскоре секретарем первичной областной организации этого Союза, проработала до 1984 года.
Затем, после моего переезда, редакцию возглавил Сулейман Сидиков, работавший ранее диктором. Они вместе с диктором Алие Османовой продолжили заложенные традиции. Но и они, как многие крымские татары, переехали на историческую Родину в Крым.
Сегодня радио является ценнейшим источником получения информации. Оно является скорейшим информатором самых «горячих» событий. Благодаря открытиям ученых прошлого, мы сегодня имеем величайшие достижения в развитии этой сферы, вплоть до широкой сети Интернет, важность которого неизмерима.
comments powered by HyperComments