ТАРИХЧИ
(Продолжение. Начало в №№27-32)
26 марта во время вечернего заседания съезда видный деятель кадетской партии Федор Родичев выступил с прочувствованной речью, посвященной одной из самых злободневных проблем 1917 года — вопросу о продолжающейся мировой войне. По сути дела речь Ф.И.Родичева была программной, она обозначала генеральную линию руководства партии кадетов на продолжение участия России в войне против Германии и ее союзников до самого победного конца. Неудивительно, что кадетская печать именовала ее не иначе как блестящей.
Мировую войну Ф.И.Родичев охарактеризовал как борьбу за право и свободу. «Это — борьба за свободу не только русскаго народа, это борьба за свободу всех народов. Борьба идет за свободу и господство мира и права между народами, против хищников, угнетателей» — провозглашал оратор.
Продолжая свою речь, он подверг жесткой критике набирающий популярность среди левых политических сил лозунг о мире без аннексий и контрибуций. В этой связи, говоря об отношениях России и Османской империи, Ф.И.Родичев заявлял: «Власть турецкаго султана, кровавая власть разбоя и убийств, есть позор человечества. На русской совести есть один грех в этом отношении — это ея равнодушие к судьбам армян в то время, когда голос свободной Англии призывал нас на защиту Армении».
Не ограничившись призывом «отнять Армению от Турции», оратор перешел к теме черноморских проливов: «А Константинополь? У кого мы собираемся его аннексировать? У турок? Г[оспода], вы знаете, что Константинополь — город далеко невполне турецкий. Вы знаете, что там, — если память мне не изменяет, — 140 000 турок, остальные христиане греки и евреи. У кого же мы аннексируем Константинополь, находящийся под пятою разбойничьей власти? И не Константинополь нам нужен, а нам нужны проливы».
Речь Родичева была встречена бурной овацией, и единственным, кто выступил с возражением на нее, стал Садри Максуди. Он заявил: «Мы мусульмане по вопросу о проливах и Константинополе не разделяем тех чувств, которыя вас волнуют. В том, что мусульмане иначе думают о проливах, играют громадную роль религиозные мотивы, но не только они одни. Вы не должны удивляться, что мусульмане, живущие в пределах России, питают симпатии к Турции и не желают окончательнаго ея разгромления. Ведь и вы вступили в войну из-за симпатии к Сербии. Если к[онституционно]-д[емократическая] партия желает рассчитывать на поддержку мусульман, пусть она снимет с своей программы пункт о разделе Турции и об уничтожении Константинополя». Вместе с тем С.Максуди отдельно подчеркнул, что мусульмане выступают за продолжение войны до победного конца.
На выступление С. Максуди возразил один из основателей кадетской партии Федор Кокошкин. Он заявил, что уважает религиозные чувства мусульман, но политическое решение вопроса о проливах не касается религиозных чувств. Продолжая свое выступление, Ф.Кокошкин отметил, что у его страны политические счеты к Турции, а не религиозные, и сослался на то, что среди самих мусульман в этой войне нет единства, и шериф священного города Мекки поднял восстание против османских властей (имелось в виду Арабское восстание 1916 года, инспирированное английской разведкой). В заключение он выразил опасение, что если Россия не установит своей власти над проливами, то они будут фактически контролироваться Германией. «Проливы будут или германские или русские, — турецкими они не будут», — заключил свою мысль Ф.Кокошкин.
Протест мусульман
Выступление Садри Максуди на съезде партии кадетов вызвало неоднозначную реакцию среди лидеров общественно-политических сил мусульманских народов России. Уже 29 марта (11 апреля) в органе Партии социалистов-революционеров — газете «Дело народа» — появилась публикация под названием «Протест мусульман». Судя по примечанию, которое было дано к тексту письма, оно было составлено еще до того, как стало известно о том, что С. Максуди подверг решительной критике планы по завоеванию Константинополя. Но это не меняло сути дела.
Инициаторами написания и опубликования протестного заявления выступили члены Временного центрального бюро российских мусульман в Петрограде. Помимо председателя бюро Ахмеда Цаликова, свои подписи под заявлением поставили: лидер национального движения башкир Ахмет-Заки Валидов, татарские общественно-политические деятели Сеид-Гирей Алкин, Калимулла Хасанов и Шакир Мухамедьяров, богослов Муса Бигиев, бывший депутат первой Государственной Думы Салим-Гирей Джантюрин и др. Среди подписантов были указаны и имена представителей крымских татар — секретаря Временного центрального бюро российских мусульман в Петрограде Исмаила Леманова, общественного деятеля Мустафы мурзы Кипчакского, журналиста Асана Сабри Айвазова и художника Усеина Боданинского.
В своем заявлении члены бюро доводили до сведения русского общества, что хотя Садри Максуди является членом этого органа, его слова о поддержке тридцатимиллионным мусульманским населением России партии кадетов являются делом исключительно его личной ответственности. Свою политическую позицию авторы письма обозначали следующим образом:
«Мы утверждаем, что многомиллионная мусульманская демократия, лишенная уродливой избирательной системой голоса в бывших Государственных Думах, никогда не видела в партии к[онституционных]-д[емократов] выразительницы своих политических интересов. Мало того, мы смеем думать, что в настоящее время даже самые умеренные слои мусульманскаго населения, ея буржуазные и феодальные верхи, не склонны становиться под знамя партии к.-д., в какия бы краски и как бы поспешно эта партия ни перекрашивала свое знамя. Кредит партии к.-д. у мусульман России в процессе великой борьбы народов подорван окончательно теми империалистическими лозунгами, которые звучали в устах ея вождей и в недавнее мрачное время царскаго деспотизма, и теперь, в светлые дни свободной России…
…Только что недавно опубликованное заявление ответственнаго вождя партии П.Н.Милюкова, министра иностранных дел в составе Временнаго Правительства, о целях войны вызывает живой протест среди мусульман. Мы берем на себя смелость утверждать, что мусульмане России не пойдут за лозунгом войны до захвата Константинополя и проливов. Такой лозунг менее всего говорит о священном праве народов на свободу, но ясно показывает, что партия к.-д. применяет одну мерку для народов Европы, другую — для народов Азии, в частности для турок.
Мусульмане России в братском единении с великим русским народом лили кровь на полях битв. Защищая общую родину, они не остановятся ни перед какими жертвами и впредь, защищая ныне общую свободу. Свободная Россия свободных народов будит в сердцах мусульман священный энтузиазм и жажду подвигов во имя светлаго будащаго родины. Но, защищая свободу России, мусульмане не хотят нести позор и унижение другим народам, где бы эти народы ни находились, в Азии или Африке. Мы думаем, что наш голос это именно и есть голос российскаго мусульманства, которое в вопросах внешней политики, как и в вопросах внутренней, склонно идти рука об руку с партиями, являющимися последовательными выразительницами демократических идей, партиями, стремящимися воплотить идею свободы не только в Европе, но и в Азии и Африке, среди всех народов мира, без различия их происхождения, религии, цвета и расы».
Таким образом, уже на самом раннем этапе революции обозначились существенные разногласия между национальными движениями мусульманских народов и партией кадетов. Очевидно, что среди общественно-политических сил мусульманских народов существовали разные точки зрения на дальнейшую политическую тактику. Одни в лице С.Максуди стремились продолжать опираться на развивавшиеся с 1905 года связи с праволиберальными силами в лице кадетов. Но другие, и в условиях 1917 года это было большинство, теперь уже считали положения программы кадетов явно недостаточными. Мусульманский политический спектр весной 1917 года был уже сильно сдвинут влево.
