Курс валют USD 0 EUR 0

Как крымские татары создавали музей в Ханском дворце

Комментариев: 0
Просмотров: 161

Дворец крымских ханов в Бахчисарае является наиболее значительным памятником истории и архитектуры крымских татар. После утраты Крымским ханством независимости в 1783 году, дворцом и находившимся в нем имуществом стало распоряжаться царское правительство. Многочисленные перестройки, происходившие в то время, существенно изменили первоначальный облик дворцового комплекса. Лишь спустя 134 года, революционной осенью 1917-го, у крымских татар появилась возможность защитить свое историческое наследие.

 

(По страницам газеты«Голос Татар»)

 

25 сентября 1917 года, решением Временного Крымско-Мусульманского Исполнительного комитета, директором дворца был назначен художник Усеин Боданинский, развернувший энергичную деятельность по организации в нем Национального музея крымских татар. Весьма любопытные подробности этого процесса сохранились на страницах газеты «Голос Татар».

Стоит отметить, что Усеин и его брат Али Боданинские принимали активное участие в работе Крымско-Мусульманского Исполнительного комитета и издании «Голоса Татар» (Али даже некоторое время исполнял обязанности редактора газеты). 23 сентября 1917 года в №9 газеты была опубликована статья У.Боданинского «Бахчисарайские памятники татарской старины», в которой он дал подробное описание ряда памятников ханского периода — ханских бань, Эски-Дюрбе, ханского кладбища, дюрбе Диляры Бикеч, Ешиль Джами.

С горечью У.Боданинский описывает состояние, в котором находились памятники: «В настоящее время в окнах «Ешиль-Джами» уцелели лишь железныя решетки… Деревянная резная кафедра, подставки для Корана, подсвечники и проч. были по всей вероятности высоко художественнаго достоинства. Увы! ничего от прежняго великолепия не сохранилось. Уцелело лишь то, чего нельзя было взять или вывести… Внутри мавзолея «Эски-Дюрбе» хаос камней, обломков штукатурки, мусора и следов человеческого пребывания, стены ободраны, карниз сорван и бесследно исчез, посредине купола зияющий провал, в который видно голубое небо».

Подводя неутешительный итог, У.Боданинский резюмирует: «Вообще современное состояние большинства исторических памятников Бахчисарая невольно внушает самыя серьезныя опасения за их дальнейшую судьбу. Разрушение от времени и человеческих рук идет быстрым темпом».

11 октября (№11) в статье «Наследие Крымских ханов» газета сообщала о том, как 29 сентября члены Крымско-Мусульманского Исполнительного комитета У.Боданинский и Ибраим Озенбашлы вместе с представителями крымскотатарских общественных организаций прибыли во дворец, добились передачи им ключей от него, провели опись находившегося в нем имущества. Этот любопытный материал мы полностью приводим ниже.

Размещенная в том же номере заметка «Бахчисарайский ханский дворец» информировала читателей газеты о первых решениях, принятых новым руководством ханского дворца. Примечательно, что в ней У.Боданинский именуется уже не директором, а комиссаром дворца. Дело в том, что после того, как 29 сентября представители крымских татар установили контроль над дворцом, Таврический губернский комиссар Временного правительства Богданов (осуществлявший в то время власть в Крыму и находившийся в весьма непростых отношениях с Крымско-Мусульманским Исполнительным комитетом, возглавляемым муфтием Номаном Челебиджиханом) утвердил 4 октября У.Боданинского в этой должности.

Возвращение дворца крымских ханов крымскотатарскому народу с энтузиазмом приветствовали представители братского кумыкского народа. Об этом свидетельствуют две телеграммы, поступившие в адрес газеты «Миллет» и опубликованные в №13 «Голоса Татар» от 21 октября:

«Редакция перваго дагестанскаго журнала «Тан Чолпан» выражает свой восторг перед славными братьями — крымским народом по случаю их светлаго историческаго дня возврата родным сердцам свидетеля лучезарности славы могущества — Хан Сарая — да возродится вновь былая светлая заря крымцев».

«Дагестанское Просветительно-агитационное бюро, получив весть о возврате Ханскаго дворца на родное лоно, с душевной радостью и братской надеждой взирает на славное будущее крымских мусульман. Дагестан с высоты своих скал протягивает свою руку вооруженную для защиты свободы и общих нам идеалов и заявляет, что в единении наше спасение.

Председатель Улубий Буйнакский,

Секретарь Мирза Бек Ахундов».

 

Следует отметить, что Улубий Буйнакский (1890-1919) был одним из активных участников революционных событий в Дагестане, выступал на стороне большевиков и был расстрелян белыми. Его имя носит дагестанский город Буйнакск (до 1921 г. Темир-Хан-Шура). Мирза Бек Ахундов (1897-1928) так же был активным участником революционных событий в Дагестане, первый нарком земледелия Дагестанской АССР. Журнал «Тан Чолпан» выходил в годы революции под редакцией Зайналабида Батыр-Мурзаева и его отца Нухая. Оба они были расстреляны в 1919 году деникинцами за деятельность на стороне большевиков. Очевидно,  братья Боданинские имели связи с радикальными левыми политиками из числа кумыков. Впоследствии сам Али Боданинский погиб в 1920 году, сражаясь на стороне Красной Армии.

Но вернемся в 1917 год. Проходивший 1-2 октября Крымскотатарский делегатский съезд принял решение о созыве национального парламента — Курултая. Местом его проведения был определен Бахчисарай. 21 октября «Голос Татар» сообщал, что в город направлена комиссия для подыскания соответствующего помещения, при этом отмечалось, что, возможно, Курултай будет заседать в здании Зынджырлы-медресе. В том же номере была размещена статья У.Боданинского «Крымскотатарский Курултай и Бахчисарайский ханский дворец», в которой он опровергал слухи о том, что Курултай соберется в ханском дворце. У.Боданинский указывал на ветхость здания и то, что во дворце нет подходящего помещения.

Трудно сказать, была ли такая позиция Боданинского обусловлена действительно опасениями за сохранность памятника, или же она диктовалась тем, что в той непростой обстановке он не хотел накалять отношения с губернской властью, очевидно опасавшейся, что Курултай встанет на путь сепаратизма. Открытие работы Курлтая в здании ханского дворца стало бы глубоко символическим шагом, подчеркивавшим преемственность между национальным парламентом и прежними татарскими властителями Крыма. Так или иначе, поскольку эта статья У.Боданинского была опубликована в «Голосе Татар», являвшемся органом Крымско-Мусульманского Временного Исполнительного комитета, в тот момент она, очевидно, не противоречила позиции комитета. Однако, к моменту начала работы Курултая, политическая ситуация в Крыму и России существенно изменилась. Поменялась и позиция крымскотатарских лидеров. 26 ноября 1917 года открытие Курултая торжественно состоялось во дворце, в зале Дивана.

Еще до этого важного для крымскотатарского народа момента, 3 ноября 1917 года в Бахчисарае прошло открытие Национального музея крымских татар. «Голос Татар» анонсировал эти мероприятия 28 октября (№14) в статье «Бахчисарай 3-го ноября с.г.». Основатель музея в ханском дворце и его первый директор Усеин Боданинский руководил своим детищем до 1934 года.

 

Крымскотатарский Курултай и Бахчисарайский Ханский дворец

В обществе ходят упорные слухи о том, что будто бы татарский Курултай соберется в Ханском дворце в г. Бахчисарае, и что Крымскотатарский исполнительный комитет в конце сентября с. г. захватил дворец именно с этой целью. Смеем заявить во всеуслышание, что слухи эти не основательны. Быть может, отдельным лицам из татарского общества и хочется, чтобы Курултай открылся в стенах национального памятника, но по техническим условиям это абсолютно невозможно.

Горячо сочувствуя идее созыва татарского Курултая, мы в то же время должны сохранить историческую неприкосновенность Бахчисарайскому Ханскому дворцу как замечательному по своей красоте памятнику; Ханский дворец уже достаточно претерпел на своем веку и от ветхости еле держится; священная обязанность татарского народа и его представителей – всемерно поддержать свой же национальный памятник в вполне сохранном виде.

Созвать же Курултай в стенах такого ветхого памятника — значит погубить его совсем; в настоящее время во внутрь дворца допускается сразу только 25 – 30 человек посетителей, выше этой нормы впускать туда посетителей нет возможности: деревянные балки, стропила, полы, потолки обветшали до такой степени, что от лишней нагрузки все это может рухнуть. Затем в Ханском дворце нет подходящего помещения для такого многолюдного собрания, каким будет крымскотатарский Курултай.

В начале октября в дирекцию Ханского дворца обратился Бахчисарайский вакуфный комитет с просьбой отвести в одном из флигелей дворца помещение под свою канцелярию. Совет при дирекции, состоящий из художников и любителей искусства и истории, посмотрел на дело с точки зрения исторически-художественной ценности дворца и признал, что на территории Ханского дворца принципиально невозможно допускать какие бы то ни было общественные организации и учреждения, ибо это явилось бы угрозой для исторической неприкосновенности памятника и повлекло бы за собой  интенсивное его разрушение. На этом основании в ходатайстве было отказано.

У. Б.

 

Наследие крымских ханов

Согласно постановлению Крымско-мусульманского исполнительного комитета, 29 сентября с. г. члены комитета Усеин Боданинский и Ибраим Озенбашлы приехали в г. Бахчисарай и устроили здесь совещание с представителями всех демократических татарских организаций.

Обсудив вопрос о Ханском дворце и выработав план действий, представители  Центрального татарского комитета вместе с представителями союза татарских учителей, союза молодежи, союза духовенства, совета профессиональных организаций, в количестве всего около 25 человек, двинулись к Ханскому дворцу.

Был вызван ключник дворца В. Пенкальский, который по предложению делегации открыл монументальные ворота Менгли-Гирея и впустил всех во внутренний дворик, где находится знаменитый  «Фонтан слез». Делегация направилась в полном составе во внутреннюю мечеть: здесь представитель духовенства в составе делегации Аджи Эмир Эфенди совершили краткое молебствие.

Затем делегация направилась во второй этаж дворца и здесь, в «золотом кабинете» Крым-Гирея, устроила торжественное заседание: было сказано несколько речей Османом Акчокраклы и другими.

Член делегации Усеин Боданинский, обратившись к ключнику Пенкальскому и ознакомив последнего с постановлением правомочного  демократического органа крымских татар относительно Ханского дворца в г. Бахчисарае, потребовал от имени Крымско-мусульманского исполнительного комитета ключи от дворца и инвентарную книгу. Пенкальский  пробовал возражать. Послали за начальником милиции (он же заведующий дворцом). Через полчаса явился начальник милиции Я. Давидович и объявил, что ключей  и инвентарной книги, по долгу своей службы, он дать не может. После официального прочтения ему постановления Крымско-мусульманского исполнительного комитета и заявления членов делегации о том, что они не покинут дворца, начальник милиции должен был передать членам делегации ключи и инвентарную книгу.

Несмотря на позднее время, при помощи принесенных фонарей было приступлено к проверке имущества дворца и подробной описи. Работа продолжалась до 12 часов ночи и возобновилась в 9 часов утра следующего дня. Опись была произведена самая подробная и тщательная, обошли всю территорию дворца, не оставили ни одного уголка, и ничто не укрылось  от внимания членов делегации. Обнаружилось, между прочим, несколько характерных фактов: 1) в 1910 году бахчисарайский  полицмейстер Казанский, числившийся комендантом дворца и имевший тут же казенную квартиру, велел сломать старинную беседку с мраморным фонтаном в Гаремном саду дворца, и из материалов построил ледник при своей квартире.

2) Ключник Пенкальский занял для личных хозяйственных надобностей 2 комнаты в одном из исторических  павильонов гарема и устроил там в стенных шкафах склад меда и уксуса.

Правда, тот же Пенкальский очень бережно и щепетильно относится  ко всему остальному историческому достоянию на территории Ханского дворца. При осмотре кладбища и ханских усыпальниц обнаружилось недопустимо халатное отношение второго ключника Али к историческим надгробным памятникам; здесь же многое варварски испорчено реставрациями и починками, например, некоторые мраморные надгробные памятники с тонкими скульптурными рельефами позолотой и изысканной орнаментальной росписью, грубо починены и замазаны черным цементом. Оскорбительно и больно видеть это возмутительное кощунство!

Была составлена опись имущества и Ханской мечети, после чего ключи, инвентарная книга и акт приема дворца были вручены директору дворца Усеину Боданинскому, избранному Крымско-мусульманским исполнительным комитетом.

 

Бахчисарайский Ханский дворец

2 октября в графском флигеле дворца состоялось заседание совета при комиссаре Ханского дворца.

1) Постоянным председателем совета избран комиссар дворца Усеин Боданинский, секретарем – Осман Акчокраклы.

2) Почетными членами совета избраны Таврический муфтий и председатель крымскотатарского  исполнительного комитета Челебиджан Эфенди Челебиев и председатель вакуфной комиссии Джафер Эфенди Сейдаметов.

3) Решено исправить обветшалую оранжерею при дворце и убрать на зиму декоративные растения ввиду начавшихся ночных заморозков. Наблюдение за садами, оранжереями и цветоводством поручено члену совета Мустафе Бадраклы.

4) В висячих садах решено посадить некоторое количество персиковых и других косточковых деревьев, при этом будет соблюдаться историческая неприкосновенность памятника.

5) Так как дворец посещает ежедневно масса приезжих и в связи с этим увеличивается расход на его поддержание, решено с 15 октября с. г. устроить платный вход: взрослые будут платить 50 коп., учащиеся – 20 коп., солдаты будут допускаться бесплатно группами не более 20 человек.

Вопрос о бесплатном допущении для осмотра дворца ученическими экскурсиями оставлен на усмотрение комиссара дворца.

6) Обращено серьезное внимание на хозяйство ключника В. Ф. Пенкальского при дворце.

В течение 34-летнего своего пребывания на этом посту почтенный Пенкальский завел обширное, хорошо поставленное собственное хозяйство в виде большой пасеки, птичника, уксусного завода. Конечно, хозяйство – вещь похвальная, но… не на территории ценного исторического памятника, каким является Бахчисарайский ханский дворец. Совершенно недопустимо обращение «комнат евнуха» с ценными окнами из кусочков разноцветного стекла в склад меда и бутылей с уксусом. Решено постепенно ликвидировать это предприятие.

7) По поводу обращения председателя Бахчисарайского вакуфного комитета с просьбой отвести одну комнату под канцелярию комитета, принципиально решено никаким учреждениям на территории дворца помещения не давать.

В конце заседания комиссар дворца У. Боданинский сделал доклад о посещении дворца помощником губернского комиссара П. И. Бианки.

От имени комиссара дворца и совета выпущено воззвание к гражданам на татарском и русском языках с горячим призывом беречь Ханский дворец от порчи и разрушения.

 

Бахчисарай 3-го ноября с. г.

3-го ноября в Бахчисарае открывается: 1) Национальный татарский музей в Ханском дворце; 2) преобразованное на новых началах «Зынджырлы-медресе», известный в свое время храм науки, основанный 400 с лишним лет крымским ханом Менгли-Гиреем; 3) учительская семинария имени Исмаил Бея Гаспринского и 4) татарская художественно-промышленная школа в помещении «Орта медресе», в котором до последнего времени помещался лазарет Красного Креста.

К этому дню предположено пригласить в г. Бахчисарай муфтия Челебиджан-Эфенди и по одному или по два представителя из каждых татарских организаций Крыма. По-видимому, к 3-му ноября съедется сюда несколько тысяч представителей татарского народа. Для выработки плана и порядка этого дня образовалась распорядительная комиссия из членов совета при Ханском дворце, музея и членов бахчисарайского татарского  исполнительного комитета, союза учителей, союза молодежи, женского комитета и татарских профессиональных организаций.

На днях состоялось несколько заседаний этой комиссии.

Было постановлено не придавать дню торжества политического характера, многие члены комиссии указывали, что каким бы то ни было торжествам в это тяжелое время, переживаемое общей родиной, теперь не место, и поэтому нужно избегать выступлений, которые могут скромному культурному празднику придать характер политической демонстрации; поэтому распорядительная комиссия решила не посылать никому специальных приглашений, ограничившись только газетным объявлением; решено никаких национальных флагов не водружать, а в крайнем случае ограничиться общим революционным флагом. Главная цель торжества – это сбор пожертвования на содержание и расширение  национального музея и вновь открываемых школ. Циркулирующие в последнее время слухи о том, что будто бы над Ханским дворцом в г. Бахчисарае поднят турецкий флаг и что крымские татары собираются избрать хана, предварительно объявив политическую и территориальную независимость Крымского полуострова – есть таким образом плод фантазии темных контрреволюционных элементов; слухи носят подчас такой дикий и нелепый характер, что неловко даже их опровергать на страницах политического органа, мало-мальски себя уважающего.

На 3-е ноября выработан следующий план: в 10 час. утра – молебствие и открытие музея в Бахчисарайском ханском дворце; сбор пожертвований членами женского комитета в пользу национального татарского музея; в 12 час. дня проповедь (ваз) Муфтия в Хан-Джами (ханской мечети); в 1 час дня пятничная молитва там же; от 3 – 4 час. дня открытие «Зынджырлы-медресе» (институт Менгли-Гирея); от 4 до 4.30  посещение могил Менгли-Гирея и И.Гаспринского; от 5 – 6 час. веч. открытие  учительской семинарии  имени Гаспринского и татарской художественно-промышленной школы в здании «Орта-медресе», тут же сбор пожертвований на содержание этих школ; от 6 до 8 час. веч. перерыв, в 8 ч. вечера – начало спектакля, устраиваемого «союзом татарской молодежи» в пользу фонда при Ханском дворце на расширение музея.

Этим заканчивается программа.

Подобная программа, кажется, может быть свободна от различных недобросовестных наветов.

 

comments powered by HyperComments
Loading the player ...

Анонс номера

Последний блог


Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/users/a/awebo/domains/goloskrimanew.ru/wp-content/themes/gk/sidebar-single_npaper.php on line 65