Наталья Яблоновская, доктор филологических наук
Исмаил Керимов, доктор филологических наук
(Продолжение. Начало в №21)
Конкуренция тюркских газет в 1906 г. дала о себе знать и в Крыму, когда в Карасубазаре (Белогорске) Решид Медиев начал выпуск более радикальной по своей позиции, чем «Терджиман», газеты «Ветан хадими» («Работник Родины»).
Еще в 1903 г., когда «Терджиман» отмечал свое 20-летие, Р. Медиев сообщал в закавказской газете «Каспий», что, несмотря на неоспоримые заслуги многолетнего труда «Терджимана», многими читателями ставятся ему в упрек малый формат и редкая периодичность (раз в неделю). Наиболее удачным отделом газеты Р. Медиев считал «Мизан» («Весы») – аналитический отдел, освещающий положительные и отрицательные стороны мусульманской жизни.
Особенно понравилась Р. Медиеву заметка о том, как астраханский мулла не допустил в мечеть двух гимназистов-мусульман в форменных фуражках. Именно это критическое направление избрал он для своего будущего издания.
10 (23) января 1906 г. крымский вельможа духовного звания Сеид-Амет-Челеби Мурат-эфенди обратился к Таврическому губернатору с заявлением об издании 4 раза в неделю газеты «Ветан хадими» с программой, включающей: 1. Правительственные сообщения. 2. Статьи, посвященные местным и общегосударственным вопросам жизни России. 3. Новости и слухи из русской и иностранной жизни. 4. Местную хронику. 5. Корреспонденции. 6. Справочный отдел. 7. Объявления. На должность ответственного редактора газеты был предложен заведующий татарским министерским училищем в предместье г. Перекопа – Армянском Базаре – Решид Медиев. Годовая подписная цена на издание составляла 5 рублей 50 копеек. Газета печаталась в карасубазарской типографии З. О. Рогана.
7 (20) марта 1906 г. свидетельство на право выпуска газеты «Ветан хадими» было оформлено. Выходу газеты предшествовала долгая бюрократическая переписка. Вероятно, сомнения губернатора вызвал возраст предлагаемого ответственного редактора, после чего Р. Медиев обратился с ответным заявлением о том, что требуемый «Законом о печати» для права быть редактором возраст 25 лет им был достигнут 4 февраля 1906 г. Препятствием к открытию издания явилось и назначение цензора. Предложенная губернатором на эту должность кандидатура Председателя Симферопольской уездной управы Мустафы-мурзы Кипчакского была отклонена издателем, который выступил с ходатайством о назначении цензором кого-нибудь из местных жителей для удобства связи с редакцией и в свою очередь предложил на должность заведующего Карасубазарским татарским министерским училищем Исмаила-мурзу Арабского. Однако против данного назначения выступил управляющий Дирекцией народных училищ Таврической губернии, так как счел, что несение кандидатом цензорских обязанностей «будет препятствовать успешному ходу занятий в школе».
После получения отказа издатель предложил на должность цензора гласного Карасубазарской городской Думы Сеита Мамута Сеит-Велиева. Но губернатор отклонил и это предложение, поскольку 23 мая (5 июня) 1906 г. возложил обязанности цензора на сверхштатного чиновника особых поручений при себе Адиль-бея Балатукова.
Даже после начала выхода газеты в мае 1906 г., организационные перипетии вокруг нее не прекратились. Уже 2 (15) июня 1906 г. на имя Таврического губернатора поступило прошение от карасубазарского мещанина Эмир-Аппаза Эмир-Усеин-Оглу об утверждении его в должности редактора газеты вместо Сейдамета Челеби Мурата-эфенди. Данное прошение было удовлетворено. Но когда спустя полгода с подобным прошением к губернатору обратился редактор издания Решид Медиев, то ему было отказано с весьма сложной мотивировкой: «Вследствие чего предписываю Вам (симферопольскому исправнику. – Авт.) объявить Медиеву, с возвращением продажного акта и свидетельства, при сем препровождаемых, что разрешение на выпуск в свет газеты под названием «Ватан хадими» может быть выдано лишь в том случае, если настоящий издатель этой газеты подаст заявление о том, что он отказывается от дальнейшего выпуска в свет этого издания, а он, Медиев, испросит разрешение на выпуск газеты порядком, указанным во временных правилах о повременной печати».
По тону документа заметно, что газета не вызывала симпатий у губернского начальства: некоторыми исследователями она была признана самой радикальной и острой во всем тюркском мире до 1917 г. Газета дважды закрывалась из-за своей неблагонадежности – первый раз в ноябре 1906 г., второй раз в 1908 г. – окончательно. Решид Медиев во время руководства изданием являлся депутатом І Государственной Думы, где отстаивал интересы своего народа (в первую очередь – земельные).
Крик многомиллионной России: «Земля и воля» – проник и на страницы «Работника Родины», т. к. к началу ХХ в. крымские татары оказались лишенными почти всех своих исконных земель.
В газете публиковали свои материалы Усеин Балич, Усеин Тохтаргазы, Ягъя Наджи Байбуртлы, Асан Чергеев, Осман Мурасов, Мустафа Куртиев, братья Вели и Омер Ибраимовы. Одним из самых активных сотрудников был известный крымскотатарский журналист, писатель, общественный деятель А.С. Айвазов, которым так виделись задачи издания: «В нашей газете мы намерены говорить о спасении нации. Наша цель говорить то, чего больше всего боятся наши враги. Говорить правду! Мы не будем пожар называть иллюминацией, беду – счастьем, ворону – соловьем, а развалины – садом. Мы будем делать все во имя спасения и развития нации. С нами милость Всевышнего!». Лозунгом «Ветан хадими» стали слова хадиса: «Хубб-уль-Ватан мин-эль-иман» («Любовь к Родине – от веры»).
С 1907 года газета выходила два раза в неделю. К сожалению, сегодня установить точное количество ее номеров и дату выхода последнего номера не представляется возможным: еще во время издания «Ветан хадими» Главное управление по делам печати сообщало Таврическому губернатору, что номера газеты поступают в Петербург с пропусками и с опозданием. После закрытия газета была изъята из библиотек, а А.С. Айвазов был выслан из Крыма. В справке, которую Таврический вице-губернатор предоставил в Главное управление по делам печати, указано, что издававшаяся в Карасубазаре на татарском языке газета «Ветан хадими» «прекращена выпуском с 1 июля 1908 г.». На сегодняшний день в различных библиотеках и архивах сохранилось всего 10 номеров газеты.
Несмотря на то, что количество подписчиков газеты составило всего 700 человек, ее значение в деле крымскотатарского национального возрождения трудно переоценить. По словам проф. И. А. Керимова, газета «Ветан хадими» «прожила недолгую жизнь, но она успела поднять и актуализировать многие жгучие проблемы, копившиеся в народе десятилетиями».
Учитывая опыт «Терджимана», наряду с выпуском крымскотатарской газеты Решид Медиев предпринял попытку издавать газету на русском языке под названием «Голос мусульманина» для «ознакомления русского общества с мусульманским вопросом в России вообще и крымскотатарским вопросом в особенности». Газета должна была выходить в Карасубазаре дважды в неделю, а годовая подписная цена на нее была определена будущим ответственным редактором в 3 рубля. Однако данная инициатива не получила развития.
Если 1905 г. подарил негосударственным народам Российской империи надежду на восстановление своих прав – на свободу партий и союзов по национальному и религиозному принципу, на бесцензурную национальную печать и т. д., то столыпинский акт от 3 июня 1907 г. положил конец этим надеждам.
Но, несмотря на это, 1908 год стал временем активизации крымскотатарской общественной жизни, связанной во многом с победой IІ турецкой революции. Многие представители крымскотатарской элиты получили образование в Турции и остались связанными с ней духовно. В первую очередь они, а также многие другие, считающие народ Турции близкородственным по языку и вере, с восхищением наблюдали за демократизирующейся турецкой действительностью. Заметим и то, что крымские татары, как и другие мусульмане России, в начале ХХ в. жили по турецкому времени и, чтобы не было путаницы, когда время обозначалось российское, писали: «русча саат 8-де» (по-русски 8 часов).
Царские чиновники не могли не заметить этого сепаратистского брожения в крымскотатарской элите и в ответ все сильнее ужесточали запреты на любое проявление национального самосознания. Доказательством этого стало закрытие газеты «Ветан хадими», издатели которой тем не менее не сдали своих позиций.
В октябре (ноябре) 1908 г. Р. Медиев обратился к Таврическому губернатору с прошением об издании в Симферополе новой газеты на русском языке под названием «Наш голос». Цель издания повторяла ту, которая была им заявлена двумя годами ранее для газеты «Голос мусульманина»: «знакомить русское общество с вопросами татарской жизни вообще и вопросами татарского просвещения в особенности». Программа газеты состояла из 6 отделов: 1) правительственные сообщения; 2) статьи, касающиеся жизни татар; 3) разные известия; 4) крымская хроника; 5) корреспонденция; 6) объявления. Газета должна была печататься в симферопольской типографии М. М. Эйдлина (ул. Пушкинская) и выходить под ответственным редакторством Р. Медиева один раз в две недели. Подписная плата планировалась 1 р. 50 коп. в год. 5 (18) ноября 1908 г. свидетельство на право издания Р. Медиевым было получено, однако наладить выпуск газеты не удалось.
26 мая 1908 г. обратился к Таврическому губернатору с прошением о праве издания и А.С. Айвазов, решивший выпускать в Карасубазаре в качестве издателя и ответственного редактора еженедельник «Крым седасы» («Крымский голос») с программой: 1) правительственные сообщения; 2) статьи по вопросам, касающимся жизни мусульман, живущих в России и других странах; 3) статьи по вопросам русской и иностранной жизни; 4) обзор русской и иностранной печати; 5) собственные корреспонденции; 6) смесь; 7) объявления. Планировалось печатать газету в типографии З. О. Рогана, подписная плата должна была составить 4 рубля в год.
Выпуск газеты был задержан чиновниками более чем на полгода в связи с поисками цензора. Губернское начальство попыталось отказать А. С. Айвазову по причине отсутствия такового, однако для чиновников Главного управления по делам печати в Петербурге мотивировка отказа (отсутствие в Карасубазаре лиц, «знающих в совершенстве как литературный, так и народный татарский язык») показалась неубедительной, и они порекомендовали Таврическому губернатору поручить цензорство лицу, наблюдавшему ранее за выходившей в том же городе газетой «Ветан хадими», или кому-либо другому по усмотрению самого губернатора. В любом случае, как было отмечено в письме, отказ в выдаче свидетельства на право издания повременного органа ввиду отсутствия цензора не соответствовал действующим законам о печати.
Поиски цензора были возобновлены, и возможные кандидатуры были найдены. Первым кандидатом стал инспектор народных училищ Симферопольского района Хасабов, которому, однако, не позволил заниматься цензорством директор народных училищ Таврической губернии. Тогда наблюдение за газетой, с согласия Преосвященного епископа Таврического и Симферопольского, было поручено православному священнику Николаю Саркину, и 18 января 1909 года свидетельство на право издания газеты было вручено А. С. Айвазову. Однако в связи с болезнью А. С. Айвазова газета не издавалась.
«Терджиман» в период постреволюционной реакции продолжал свой выход, причем его периодичность, снизившаяся в 1910 г., поднялась с 7 октября 1912 г. до ежедневной – «ввиду наступивших событий на Балканах». Оказалось, что самым трудным для газеты был период начала 1890-х гг., когда к дополнительной цензуре над ней в Петербурге был привлечен профессор-ориенталист В. Д. Смирнов. Деятельность цензоров «Терджимана» после 1905 г., по предположению В. Ганкевича, не отличалась жесткостью, или же их внимание отвлекали другие тюркские газеты. С началом Первой мировой войны за «Терджиманом» была установлена военная цензура, сопровождавшая издание весь последний период его выхода.
По мере развития газеты расширялась и ее программа. С 8 (21) октября 1910 г. начало выходить приложение для детей «Алем-и субьян» («Мир детей») (8 и 22 октября – под названием «Мектеб-и субьян» («Детская школа»)), в котором публиковались сказки, рассказы, уроки, произведения поучительного характера, дидактические материалы. В приложении также печатались сведения об издаваемых и разрешенных Таврическим Духовным мусульманским правлением учебных пособиях.
После смерти И. Гаспринского его сыном Рефатом на момент перерегистрации издания в «Ени Терджиман» («Новый Переводчик») 4 мая 1915 г. была предложена следующая программа, которая фактически соответствовала содержанию газеты с 25 апреля 1911 г. по момент закрытия 23 февраля 1918 г.:
1) распоряжения Правительства и местной администрации;
2) обзоры текущей общественной и иностранной жизни и политики;
3) руководящие статьи по политическим, экономическим, педагогическим и общекультурным вопросам;
4) обзор татарской печати, литературы и критические заметки;
5) телеграммы и корреспонденции;
6) новости, рассказы и смесь;
7) педагогический отдел и рассказы для детей в форме добавочного листка;
8) рисунки, виды, портреты, чертежи соответственно тексту;
9) объявления: на русском, татарском, арабском и персидском языках;
10) статьи и заметки на русском языке с переводом или без перевода на тюркский язык и
11) статьи и заметки на арабском языке с переводом или без перевода на русский или тюркский языки.
(Обязанности ответственного редактора по п. 1 программы исполнял Асан Сабри Айвазов, по п. 5–1 – Рефат Гаспринский).
«Терджиман» выходил почти 35 лет: с 10 апреля 1883 г. по 23 февраля 1918 г. – и на протяжении длительных периодов был единственным тюркским изданием в России. Являясь первым крымскотатарским изданием, «Терджиман» не только заложил основы национальной журналистики, дал образцы большинства информационных, аналитических и художественно-публицистических газетных жанров, но и явился кузницей литературных и журналистских кадров. На его страницах публиковались С. А. Озенбашлы, А. С. Айвазов, О. А. Акчокраклы, У. Ш. Тохтаргазы, А. Шейх-заде, У. Сами, А. Ильмий, Н. Челебиджихан, Дж. Сейдамет, Б. Чобан-заде и др.
Публикации газеты до настоящего времени являются основным источником изучения социально-политической жизни, быта, культуры и образования крымских татар и других тюркских народов, примером отражения процессов национального возрождения в поликультурном многоконфессиональном сообществе. Газета явилась связующим началом для всех тюркских народов, а также талантливым посредником между крымскотатарским народом и Российским правительством, с одной стороны, и другими народами России и мира, с другой.
1917 г. в Крыму был отмечен небывалым подъемом газетного дела. Как и в первую русскую революцию, обретенные в феврале 1917 г. гражданские свободы не замедлили сказаться как на количестве издаваемых периодических печатных органов, так и на разнообразии выражаемых ими социально-политических позиций. Фактором, существенно повлиявшим на увеличение количества издаваемых на полуострове газет, как и в 1905–906 гг., стала их кратковременность: одни издания прекращали свой выход, а на их месте появлялись другие. Но если в 1905–906 гг. издания закрывало и изымало губернское начальство за вольномыслие, то с марта 1917 г. по ноябрь 1920 г. пресса, выражавшая интересы тех или иных партий и политических организаций, должна была «идти в наступление» или же сдавать свои позиции вместе со своими учредителями.
Расцвет периодической печати на полуострове с начала Февральской революции и до падения правительства П. Н. Врангеля историки В. Г. и А. Г. Зарубины объяснили наличием дореволюционных традиций, местных профессиональных журналистских кадров; исключительным спросом на информацию, характерным для переломных моментов истории; близостью зарубежья, откуда поступали и бумага, и информация; значительным числом деятелей культуры, прибывших в Крым из центральных губерний России, среди которых был высок процент литераторов; присутствием широкого слоя образованной публики, как местной, так и приезжей, – потребителей печатной продукции; весомым доходом от рекламы – следствием активизации предпринимательской деятельности и культурной жизни.
Часть приведенных факторов имеет отношение и к росту крымскотатарской печати, например, наличие глубоких дореволюционных традиций: большая часть крымскотатарской интеллигенции, имеющей отношение к национальным изданиям 1917–1920 гг., была взращена «Терджиманом» И. Гаспринского (А. С. Айвазов, О. А. Акчокраклы, С. А. Озенбашлы, А. Хильми, Н. Челебиджихан, Джафер Сейдамет, Б. Чобан-заде) и «Ветан хадими» Р. Медиева и А. С. Айвазова (С. Чапчакчи, Джафер Сейдамет). Так, редакция еженедельника «Голос татар», обращаясь в первом номере к своим читателям, почтила память «защитников национальных стремлений, первых распространителей света просвещения и живого слова среди темных масс татар» – незабвенных редакторов-издателей газет «Терджиман» и «Ветан хадими» И. Гаспринского и Р. Медиева.
Кроме того, на расцвет крымскотатарской печати оказало большое влияние наличие огромного числа учителей-татар по всему Крыму, которые тесно сотрудничали с национальными изданиями.
Важнейшей причиной расцвета крымской периодики 1917–1920 гг. стало и национальное возрождение народов полуострова. «Да здравствует Федеративная Демократическая Республика!» – провозгласила газета «Голос татар», сразу обозначив права представленного ею народа: «Татарский народ в единении с другими народностями, населяющими Крым, не требует для себя политической автономии, но не позволит установления в Крыму политической гегемонии какого-нибудь народа, не имеющего ни культурных, ни исторических, ни этнографических прав на таковую».
Умонастроение всех без исключения угнетаемых прежде народов выразила знаменитая фраза перводумца Топчибашева, произнесенная им на Всероссийском мусульманском съезде 1 мая 1917 г. в Москве: «Они (мусульмане) лишь просят об одном: поменьше опеки и побольше доверия».
Вполне естественным для Крыма было обилие национальных партий и групп, наиболее влиятельным стало крымскотатарское национальное движение, главное направление которого было определено деятельностью Милли-Фирка (Национальной партии). Официально созданная в июле 1917 г., партия стала идейным стержнем таких крымскотатарских органов управления, как Временный Мусульманский Исполнительный Комитет, Курултай (Парламент), Директория (Правительство). В 1917 г. политическую цель партии отразил лозунг «Крым для крымцев», призвавший все народы Крыма объединиться для сохранения общего благосостояния и защиты полуострова от политических посягательств извне. Ведущим направлением деятельности Милли-Фирка стало культурно-национальное возрождение: равенство языков, национальное всеобщее обязательное и бесплатное обучение.
Провозглашалось равноправие женщин и активное привлечение их к общественной жизни, ведение делопроизводства на родном языке, формирование вооруженных сил на добровольческой основе. Осенью 1918 г. представители левого крыла партии (А. Боданинский, С. Меметов и др.) вышли из ее состава и вступили в РКП(б).
В период революций и гражданской войны социально-политические условия для создания и функционирования полноценной свободной прессы на полуострове, включая крымскотатарскую, существовали лишь с марта по декабрь 1917 г. В это время были открыты: независимая крымскотатарская газета «Къырым оджагъы» («Крымский очаг») (20 июня 1917 г.), газеты Крымского Мусульманского Исполнительного Комитета «Миллет» (27 июня 1917 г.) и «Голос татар» (22 июля 1917 г.), продолжал выход «Ени Терджиман» Р. Гаспринского и А. С. Айвазова.
Провозглашенное Февральской революцией равенство всех народов было подхвачено газетой Временного Крымско-Мусульманского Исполнительного Комитета «Голос татар», издаваемой на русском языке с целью информировать русскую демократию о стремлениях демократии татарской, сделать цели и задачи татарского национального движения открытыми для всех крымчан, а значит, распространить свое влияние на все население полуострова. Газета выходила на 4 полосах, редакторами разных номеров выступили И. Озенбашлы. А. Боданинский, С. Чапчакчи.
Муфтий Челебиджан-эфенди Челебиев в своей речи 3 ноября 1917 г. назвал народности Крыма «прекрасными цветами», каждый из которых имеет свою особую красоту и «свойственный лишь ему приятный аромат». По мнению Муфтия, задача Курултая состояла в том, чтобы собрать «все эти дивные цветы» в «один букет».
«Татарский народ, – заявил Ч. Челебиев, – не такой эгоист, каким стараются изображать его те, которые или не признают его, или хотя бы и признают, но стремятся выставить его в ином свете.
Татарский народ признавал, признает и всегда будет признавать права каждой народности».
(Продолжение следует.)
История крымских татар, том IV.
comments powered by HyperComments