Курс валют USD 0 EUR 0

Русский Исход как результат национальной катастрофы

Комментариев: 0
Просмотров: 25

В поисках путей развития российские умы пытаются сформулировать идеологические установки для современного общества, переосмыслить отечественную историю, выработав новый взгляд на прошлое, настоящее и будущее российской государственности. При всем разбросе мнений, отражающих настроения различных слоев населения и национальных элит, есть научные структуры, на которые возлагают обязанности «быть хорошим подспорьем и для Администрации Президента, и для правительства, и для соответствующих ведомств, которые, безусловно, заинтересованы в получении своевременной, объективной, открытой информации и аналитических материалов».

Речь в данном случае идет о Российском институте стратегических исследований (РИСИ), основной целью деятельности которого является информационно-аналитическое обеспечение федеральных органов государственной власти при формировании стратегических направлений государственной политики в сфере обеспечения национальной безопасности.

В 2010 году к 90-летию окончания Гражданской войны на европейской территории России  институт провел международную конференцию, на которой были озвучены новые подходы (в сравнении с советской историографией) в оценке событий 1917 — 1920 гг. До недавнего времени в Крыму эти взгляды не получали широкого распространения, поэтому для нашей читательской аудитории было бы целесообразным с ними ознакомиться.

 

Леонид Решетников, директор РИСИ: «Русский Исход как результат национальной катастрофы»

За границу ушли сотни тысяч наших соотечественников. Уходили люди разных социальных классов, вероисповеданий, национальностей. Этот русский Исход породил уникальное явление русской эмиграции, стал великой трагедией нашего народа, причем трагедией обоюдной: трагедией тех, кто уходил из России, и тех, кто в ней оставался. Прервалась вековая связующая нацию нравственно духовная нить. На долгие десятилетия народ наш оказался расколот на «красных» и «белых»…

Исход 1920 г. не был ни причиной, ни главным событием русской катастрофы. Он стал своего рода ее заключительным этапом. Собственно, катастрофа разразилась в феврале 1917 г. До сих пор в современной историографии в определении Февральского переворота господствует термин «буржуазно-демократическая революция», который абсолютно не отражает истинного смысла произошедшего. Говоря о Феврале 1917 г., мы должны осознавать, что речь идет фактически о гибели традиционного российского государства, о гибели всего тысячелетнего русского жизненного уклада. Речь идет о сломе русского цивилизационного кода. Русский народ утратил осознание своего предназначения в этом мире. Об этом прозорливо писал святой праведный Иоанн Кронштадтский: «Перестали понимать русские люди, что такое Русь: она есть подножие Престола Господня».

Ведь сила и предназначение русского народа заключались в служении Божьей правде. Именно поэтому Российская империя многие столетия была так притягательна для других народов, именно поэтому под скипетром русского царя соглашались жить мусульмане, буддисты, иудеи и даже язычники.

Однако в феврале 1917 г. русский народ, прежде всего его городская, «образованная» часть, вместо воли Божьей стал руководствоваться своей волей, стремиться не к духовному совершенствованию, а к материальному благополучию, ради которого стали считаться возможными насилия и убийства. И что поразительно: как только русский народ предал Бога, от него отвернулись все остальные народы, которые стали обвинять русских во всех своих бедах, а вместо материального благополучия наступило время жуткой нищеты и голода…

Россия не вдруг пришла к февральскому клятвопреступлению.

В XIX столетии российское образованное общество начало отходить от традиционных духовных ценностей, и процесс этот к концу века принял форму отречения элиты от исторической России. Этот процесс стал отражением общего мирового процесса дехристианизации европейской цивилизации. Привнесенные с Запада идеи свободы, равенства, братства, социализма предлагали русскому народу путем революции перенести «отсталую и темную» Россию в «светлый» рай на земле, отбросив при этом все, что носители этих идей считали пережитками прошлого, но что на самом деле составляло душу русского народа. Таким образом, западничество вскормило в своих недрах идеологию социальной революции и воинствующего атеизма…

В феврале 1917 г. русский народ в своей значительной части, и прежде всего его элита, отверг дарованного ему Божьего помазанника, предал своего царя…

Главной целью Февральской революции была замена русской православной цивилизации на западную, так называемую демократическую, с ее прагматизмом и либеральной идеологией…

Большевизм ставил своей целью не смену русского цивилизационного кода, а полное уничтожение России как исторического государства, превращение ее в плацдарм для мировой революции. К чести русского народа, против большевиков поднялась значительная его часть. Сотни тысяч русских людей, офицеров, солдат, казаков, рабочих, крестьян, сложили свои головы в борьбе с большевизмом. Они спасли честь России, опровергли расхожий вымысел, что за большевиками пошел весь русский народ.

Вместе с тем наше государство остается в довольно неопределенном положении: с одной стороны, тяга к копированию западной системы ценностей, с другой – отторжение страной и ее народом, пусть нередко и неосознанное, прозападного пути. Такая ситуация может привести страну к новой катастрофе. Но к такой же катастрофе нас приведет и другой путь, который сегодня, пользуясь непростой социальной и духовно-нравственной обстановкой в обществе, активно пропагандируют определенные силы внутри и вне России. Это создание некоего неокоммунистического режима, некоего гибрида, в котором большевистские лозунги, сталинистская псевдоимперия соединены с легким псевдохристианским флером. Нет сомнений, что к такому гибриду примкнут все радикальные группировки как левого, так и правого неонацистского толка, ибо, как говорили святые отцы, «все крайности от бесов».

Таким же путем в пропасть является вариант так называемого «русского нацизма» под лозунгами «Россия для русских». Неосталинизм и неонацизм являются смертельными врагами русской православной державности, которая объединяла многочисленные народы с разной верой, культурами и языками. Путь неосталинизма и неонацизма – это путь в никуда, это путь к развалу страны, кровавым междоусобицам и утрате Россией своего суверенитета. Но если путь феврализма и путь неосталинизма одинаково гибельны, то что тогда является выходом для России? Ответ на этот вопрос проистекает из уроков великого Русского Исхода. Единственным выходом для России является Белый путь, т.е. возвращение к истокам своей исконной государственности, к истокам тысячелетней культуры и прежде всего к православной вере. Возвращение к православию есть вопрос нашего выживания. От того, станет ли Россия православной или нет, зависит само ее существование. Об этом с гениальной прозорливостью писал еще К. Н. Леонтьев: «Церковь вечна, но Россия не вечна и, лишившись Православия, она погибнет. Не сила России нужна Церкви, сила Церкви необходима России».

Что же необходимо для возвращения на Белый путь? Прежде всего – глубокое покаяние. Здесь слово «покаяние» надо понимать с богословской точки зрения: от греч. (метанойя) – изменение внутренней и внешней жизни человека, заключающееся в решительном отвержении греха и стремлении проводить жизнь в согласии с волей Бога. Это «перемена ума», «перемена мыслей». Именно это должно произойти с нами, с нашим народом. Мы все должны осознать: то, что произошло с Россией в 1917 г., было грехопадением, и никакие отдельные материальные успехи советского периода не могут быть оправданием этого грехопадения. Надо уяснить, что ужасы ХХ в. были вызваны не просто злой волей отдельных личностей, а являлись промыслом Божьим; что главная причина страданий – отступление от Его Воли.

 

Наталия Нарочницкая, доктор исторических наук, руководитель Института демократии и сотрудничества (Париж): «Уроки Русского Исхода»

Для меня как историка совершенно очевидно, что русская смута и наша духовная катастрофа, русский цивилизационный разлом в начале ХХ в. – явились результатом столетней работы разложения духовных сил и веры в нашем народе. И сейчас процессы вокруг России, уходящие корнями в период «перестройки», вполне наглядно показывают, что те, кого Иван Ильин именовал «мировой закулисой», выставляют одни и те же требования, мечтая оттеснить нас на северо-восток Евразии, в тундру, подальше от морей. Но у нас при этом возникает только одно желание: повернуть вспять обретения Петра Великого, т.е., попросту говоря, вернуть Балтику, ведь именно выход к Балтике и прочная позиция России на Черном море и сделали ее великой державой…

Я хочу низко поклониться сегодня русским людям из Европы, потому что Россия действительно жила в их сердцах, в их душах, в их слезах, в их сочувствии, в их мольбе все это время. Соединить эти две России – есть наше новое историческое и духовное задание. Сможем мы его выполнить – значит, у нас будет больше шансов; нет – значит, будем спорить и спорить, спорить и ссориться, а тем временем весь остальной мир будет пожинать плоды нашего несогласия, будет теснить нас, отхватывая у нас и нефть, и территории, подвергая сомнению каждый квадратный сантиметр российской, русской земли. Будут говорить, что России не принадлежит ни одна пядь ее территории, которую полили кровью русские люди и которая названа их именем.

Да хранит Господь нашу Россию – единую и неделимую!

 

Михаил Смолин, кандидат исторических наук, начальник отдела гуманитарных исследований РИСИ:

«Идеологическое и историософское осмысление революции в России»

Социальная идея Революции в 1917 г. смогла победить государственную идею Империи. Слом революцией имперского мира России на долгие годы поставил перед всеми мыслящими русскими людьми гигантскую по своим масштабам проблему осмысления этого исторического факта.

Революция стала тем событием, перед осознанием которого пасовали и продолжают пасовать очень многие умы, стараясь всевозможными интеллектуальными вывертами сгладить грандиозность произошедшего обвала русской жизни и попытаться хоть как-то «вплести» революцию в историческую канву русского существования. «Интеллектуальная трусость» и псевдомиротворчество двигали прежних и нынешних комментаторов исторического процесса в России к «естественному» введению революции в поры русской истории…

Эта система (русского государства – ред.) начала разрушаться только во второй половине XVIII столетия, после реформы, освободившей дворян от обязательной службы. С этого момента в государственную систему было введено структурное противоречие: одни продолжали служить, другие получали право не служить. «Праздность», все более увеличивающееся число неслужилых дворян и «освободительные» идеи 1789 г. весьма быстро сформировали «новых» людей, вступивших в конфликт с исторической Россией. Слишком непохоже было Отечество историческое на «отечество» вновь приобретенное, через прогрессивное воспитание и чтение революционных книжек. Декабристы как первый продукт подобного воспитания были людьми еще совсем юными и не знали Россию, а если и любили ее, то только такую, какую представляли сами в будущем через призму полученных идейных установок у разнообразнейших европейских учителей.

За декабристами появились такие постдекабристские типы, как Герцен и Огарев, петрашевцы и Белинский. Это были «новые» люди, «интеллигенты», испытавшие влияние декабристского мифа при формировании своего мировоззрения. Они уже не дворяне, не купцы, не мещане, не крестьяне, а нечто бессословное, внесословное, но идейно единое. У них отсутствуют сословно-профессиональные служивые идеалы, но есть ощущение особой «призванности» переделать весь русский мир по своему образу и подобию. Они как бы становятся над Россией и вне ее, в отличие от исторических представителей русских сословий, которые ощущали свое единство с общерусским государственным телом и свою роль видели в сословном служении имперским задачам России…

«Русский царизм, – писал уже будучи в эмиграции И. Л. Солоневич, – был русским царизмом: государственным строем, какой никогда и нигде в мировой истории не повторялся. В этом строе была политически оформлена чисто религиозная мысль. «Диктатура совести», как и совесть вообще, не может быть выражена ни в каких юридических формулировках, – совесть есть религиозное явление. Одна из дополнительных неувязок русских гуманитарных наук заключается, в частности, в том, что моральные религиозные основы русского государственного строительства эта «наука» пыталась уложить в термины европейской государственной юриспруденции. И с точки зрения государственного права в истории Московской и даже Петербургской империи ничего нельзя было понять; русская наука ничего и не поняла. В «возлюби ближнего своего, как самого себя» никакого места для юриспруденции нет.

А именно на этой православной тенденции и строилась русская государственность. Как можно втиснуть любовь в параграфы какого бы то ни было договора?

 

Петр Мультатули, научный сотрудник отдела гуманитарных исследований РИСИ: «Свержение монархии в России: духовно-нравственные причины и последствия»

Возможно ли восстановление монархии в России? Вопрос этот, на наш взгляд, не находится в компетенции людей, его решение – в руках Божьих. Ясно одно: сегодня в России нет ни монарха, ни, самое главное, подданных. А подлинная православная монархия есть сотрудничество монарха и подданных, которые заинтересованы в монархе и понимают его необходимость. Сегодня нужны не рассуждения о возможности или невозможности восстановления монархии в России, а работа по исторической реабилитации российской монархической государственности. Ведь до сих пор монархия зачастую воспринимается в нашем обществе как нечто чуждое и враждебное, как будто в России тысячу лет была какая-то иная форма правления, нежели монархическая.

Россия должна вести свой отсчет не от 1917 и не от 1991 г., а от ее святого крещения в Киеве святым великим князем Владимиром. Надо, наконец, понять, что марксизм, большевизм, либерализм, коммунизм, ультранационализм – есть чуждые России и привнесенные извне пагубные идеи. Об этом писал выдающийся разработчик Белой идеи генерал М. К. Дитерихс: «Никакими социалистическими, демократическими или иными земными законами и измышлениями человеческого разума нельзя достигнуть истинного проведения в жизнь русского национально религиозного, государственного строительства. Только одна новая заповедь о любви, данная Христом, является единственно верным путем и прочным фундаментом для строительства и существования здания Российского государства.

 

comments powered by HyperComments
Loading the player ...

Анонс номера

Последний блог


Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/users/a/awebo/domains/goloskrimanew.ru/wp-content/themes/gk/sidebar-single_npaper.php on line 65