Курс валют USD 0 EUR 0

Усмирение чекистами бело-зеленого движения в Крыму

Комментариев: 0
Просмотров: 739

Эльдар Сеитбекиров, «ГК»

Советская власть и пережитки гражданской войны

В середине 1980-х годов мой дед рассказывал мне, как он, будучи 11-летним ребенком, помогая отцу в саду, оказался свидетелем конвоирования в гражданскую войну красноармейцами старого белого не то полковника, не то генерала.  Остановившись, конвой попросил воды. Пацаненок поднес кружку и старому вояке, сидевшему в телеге. Тот тихо промолвил, что к власти пришли бандиты, его расстреляют, но пройдет время и эта власть рухнет, потому что пришла она обманным путем. Сунув маленькому трудяге в карман серебряный портсигар, напутствовал его не забывать сказанное.

Кто же оказался бандитом, вопрос, конечно, риторический. Весь советский период бандитами считали «белых», после падения коммунистического режима в бандитов превратились «красные», затем наступил момент осмысления и попытка примирить прошлое с настоящим.

Заказав в архиве очередное дело «Доклады, отчеты, политсводки экспедиционных отрядов особарма 4, Крымского ЧК по борьбе с бандитизмом», получил на руки документы органа, который называли «карающий меч революции». В них речь шла о бандах бело-зеленых в Крыму и мерах по их ликвидации.

бело-зелёное движение

После победы советской власти на полуострове была образована  Крымская областная ЧК с непосредственным подчинением ВЧК (Всероссийская чрезвычайная комиссия). В последующем Чрезвычайные комиссии были созданы во всех уездах и городах Крыма.

За время гражданской войны, как отмечает историк В. Пащеня, в Крыму нашли прибежище около 300 тысяч сторонников «единой и неделимой России», которые создали ядро «бело-зеленого» движения, других антибольшевистских организаций.

«Напряженность вносили действия отрядов, созданных татарскими националистами. Мигрировали в Крым и сотни человек уголовного элемента, выпущенного из тюрем правительством А.Керенского. Эти движения создали настолько серьезную угрозу советской власти, что для борьбы с ними были привлечены специально созданные истребительные отряды Крымской отдельной бригады войск ВЧК; отряды моряков Черноморского флота; сотрудники особого отдела по борьбе с бандитизмом; милиция, другие. Обилие чрезвычайных органов, ведущих по существу одну и ту же работу, не умеющих разграничить пределы своей компетенции, при крайне низком морально-политическом уровне их состава, создали совершенно невыносимую для жителей Крыма атмосферу. Так, Бахчисарайское Политбюро представляло собой шайку бандитов, терроризирующих в течение нескольких месяцев местное население. Под видом конфискации имущества совершили целый ряд грабежей. Грабя вещи, они арестовывали возражавших, истязали их на допросах и всячески дискредитировали советскую власть в глазах населения. После вмешательства полномочной комиссии ВЦИК и СНК РСФСР они были преданы суду революционного трибунала».

Партия и национальный вопрос

Какую политику проводили в отношении отрядов «бело-зеленых», озвучил позицию официальной стороны, секретаря Крымского обкома партии,  И.Акулов на 5-й областной партийной конференции 4 ноября 1921 года.

«Теперь по вопросу о борьбе с бандитизмом. Какова была наша линия поведения в это время? В свое время мы продлили срок амнистии бандитам, которые пожелали явиться с повинной к Советской власти. Мы, товарищи, прекрасно учитывали, что борьба с бандитизмом – это борьба с уголовным бандитизмом. Здесь же мы сталкиваемся с имеющим политическую окраску, и мы имеем до сего времени не только наших сознательных врагов в лице этих бандитов, но и известную часть несознательного, главным образом татарского, населения, и наша линия поведения в этом вопросе обуславливалась тем, что по отношению к татарскому населению наша политика была чрезвычайно мягка. Никаких репрессий мы не предпринимали. Только в тех случаях, если мы захватывали какого-нибудь бандита-татарина с оружием в руках. Только в этом случае мы можем применять репрессии. Что же касается бандитов, всего остального населения, части офицерства, то в отношении их линия поведения должна быть другой. В этих целях мы при тех отрядах, которые посылались в горы, организовывали и распространяли среди этого населения популярную литературу, причем литература была таковая: помню две листовки, которые туда посылались, в первой популяризировались решения четвертой Областной конференции, где говорилось, что фактически делалось, и что будет делаться; в другой листовке говорилось, что то белогвардейское население, которое находится в горах, хочет увлечь и татар с собой на борьбу с Советской властью и что татары должны встречать отряды, идущие на борьбу с этим элементом, не как врагов, а как друзей. Агитация эта имела огромный успех, потому что наши политические группы приступили к переговорам с татарской частью населения и не только с ее татарской частью, прежде всего было решено, что бандиты, которые в двухнедельный срок сложат оружие, будут отпущены. Часть татарского населения, изъятая из гор, и некоторая часть белогвардейского населения ушла обратно, та часть, которая спустилась с гор, я говорю уже не о татарском населении… не меньше ста человек была отправлена на север… В отношении татарского населения мы проводили наименьшее число репрессий. В отношении же белогвардейского населения это носило несколько другой характер. Мне известно, что некоторые группы действуют еще, и с ними приходится вести ожесточенную борьбу, борьбу беспощадную, не вступая ни в какие переговоры».

Приказ отдан

Что побуждало крымских татар уходить в горы, в лес? Часто меняющаяся власть со своими законами, политикой и мероприятиями, нередко направленными против интересов коренного народа Крыма. Чего стоят преследования активистов по политическим мотивам или мобилизация в Белую армию. Не лучшим образом вели себя и представители советской власти, занятые реквизицией и поиском потомственных контрреволюционеров. Находим в документах такие свидетельства: Захарченко Игнат Георгиевич, уроженец деревни Саблы, крестьянин, на военной службе не был, занимался хлебопашеством. Причина, побудившая его уйти в лес, боязнь репрессий за действия своего родного брата; Бейтула Ганиев, татарин, уроженец деревни Бешуй, окончил сельскую школу. При Врангеле служил милиционером, боясь репрессий, ушел в лес.

Сегодня в телевизионных новостях нередко приходится слышать, как в государствах, где нестабильная обстановка, спецназ ликвидирует бандформирования, покушающиеся на конституционный строй. В Крыму в 1921 году это происходило следующим образом: «14 часов, 21 марта 1921 года, дер. Салы. По имеющимся сведениям, банды бело-зеленых находятся в старом заброшенном овечьем коше, что в полуверсте к юго-востоку от д. Ай-Серез, в количестве 18-25 человек. Для исполнения задачи по ликвидации их приказываю:

Товарищу Павловскому. Взять 100 красноармейцев при шести пулеметах «Люис» и двигаться из дер. Салы по шоссе до дер. Малый Таракташ, откуда долиной по шоссе Судак – Алушта и, спустившись долины реки Ворон, выставить посты в местах, более заросших лесом, цепочки пустить вдоль долины на север фронтом на восток и загнуть линию постов на севере — на восток, чтобы охватить Ай-Серезский р-н с севера и войти в связь с отрядом тов. Силантьева. Время выступления 17 часов 21 марта, время пути 8 часов, 4-е часа на расстановку людей. Итого 12 часов, таким расчетом чтобы все было выполнено к 5 часам 22 марта. Задачей отряда является не дать возможность банде при давлении на нее другими частями прорваться на запад по направлению к Капсихору, Шелен, Айлянма. О времени окончания операции будет послана связь от ударной группы тов. Михайлова, после чего сбор отрядов в д. Таракташ…».

Отряды пехоты и кавалерии двинулись в горы. Войдя в деревню Ай-Серез, чекисты арестовали несколько жителей, конфисковав их имущество и скот. В течение дня командование устроило три собрания, обосновывая необходимость ареста и конфискации. Военные считали, что население двух сел Ай-Серез и Ворон поддерживает бело-зеленых, укрывает их и снабжает продуктами. По сведениям, добытым у пленных, накануне в деревне Ай-Серез находилась одна из групп бело-зеленых, но после поражения Улу-Узенской группы они были выдворены жителями в горы. Ответственная задача возлагалась на политработников, которым вменялось переориентировать общественное мнение в пользу советской власти. Но в дебри Южного берега трудно было добраться. Как отмечалось, «Жители горных деревень далеко не поддерживают советскую власть, во-первых, благодаря их темноте и во вторых – совершенного отсутствия политработы в горных и лесных селах и деревнях. До сих пор ни один работник не проникал в указанные деревни, жители совершенно не представляют себе и понятий о советской власти, ввиду чего очень поддаются провокации и страху, наводимому на них бело-зелеными бандами. После проведенной политработы нами в указанных деревнях население совершенно изменилось. Задавались, например, такие странные вопросы: «Неужели вся Россия в руках советской власти, а нам передано, что через неделю вся власть будет в руках бело-зеленых».

Крымские реалии

При любых военных действиях страдает мирное гражданское население. Противоборствующие стороны всегда стремятся привлечь его на свою сторону, при необходимости используют его, а по возможности и грабят. События тех лихолетий наглядный тому пример. В оперативно-разведывательных сводках сообщалось об убийствах, грабежах, налетах на населенные пункты, прилегающие к горным районам. В отчетах с 15 по 23 июля 1921 г. сообщалось: «Ранее оперирующая банда под командой Сергея Захарченко в течение около трех месяцев почти ежедневно проявляли свою активность – выражавшаяся в убийствах в целом ряде коммунистов и Совработников, в крупном ущербе совхозам, нападении на ж/д пункты и различные совучреждения, а также бесчисленных грабежах мирного населения и отдельных проезжих граждан по дорогам. Численность этой банды с начала ее проявления увеличилась в несколько раз и если бы не предпринятая операция первым летотрядом, которая была проведена так неожиданно, что бандиты не могли оказать никакого сопротивления и были разбиты, то банда Захарченко объединилась бы с другими бандами такой же окраски. Тогда, конечно, труднее было бы ее ликвидировать, т. к. главарь банды Захарченко, ранее пробывший в Повстанческой армии против Врангеля больше года и командуя отрядом, знаком был со всеми условиями горно-лесной обстановки».

А вот другая сводка: «В ночь на 22 июля в деревне Ай-Василь бандитами в составе 15 человек был произведен налет на общественную мельницу, где было забрано 40 пудов муки, бандиты скрылись. 22 июля в 12 часов разведпартия во главе с товарищем Калниным на южном склоне горы Чатыр-даг наткнулась на отряд, по-видимому, Фридриха. Банда благодаря своим наблюдателям успела скрыться неизвестно куда, при этом подожгла свой материальный склад».

Отмечая страдания местного гражданского населения от налетов бело-зеленых, которым без продуктов грозил голод, нельзя не отметить ущемления и ущерб, наносимые «красными». Так, отряд, выступивший из Карасубазара в район деревень Кучук-Узен и Демирджи, совершенно не имел продовольствия и фуража, поэтому обязанность кормить красноармейцев ложилась на плечи уже голодающего населения. Путь следования проходил через деревни, не занимающиеся землепашеством, и зерно на обмен завозилось из степных районов. Как отмечало само командование, запасов хлеба у населения было в ничтожном количестве, от 2 до 6 пудов хлеба. Войдя в Кучук-Узень, отряд расквартировался здесь на несколько суток. Его содержание опять легло на плечи местных. Когда коснулся вопрос мясообеспечения, норму распределили между тремя селами и,  пообещав зачислить в счет разверстки, собрали овец.

В отряде наблюдался упадок дисциплины, мордобой и пьянство, невыполнение приказов. По признанию начальника политчасти при экспедотряде по борьбе с бандитизмом по Крыму Георгия Попондопуло, «Комсостав штаба смотрит на политгруппу как на шпионов, зорко следящих за их поведением. Я не отрицаю того, что по ночам мною в промежутки высылаются политработники для выяснения, не ведется ли попойка ввиду частого получения отрядом вина, а также ввиду того, что в одну ночь в деревне Ускут одним из политработников были обезоружены двое красноармейцев, валяющихся на улице, и случай намерения разбить погреб с вином, взятым на учет, но мною своевременно было это предупреждено… Сначала в отряде у нас наблюдалось пьянство, но после расстрела нескольких дебоширов оно прекратилось».

О перегибах, как это было принято называть в советское время, свидетельствует Акт установления злоупотреблений, нанесенных гражданам с. Улу-Узень,  составленный вышеупомянутым Георгием Попондопуло, председателем ревкома, он же член Алуштинского райпарткома Михаилом Крепс и председателем ревкома села  Улу-Узень Абдул Акимом Кенжали. Согласно Акту, третьего апреля в село прибыл отряд Черназморей по борьбе с бандитизмом в Крыму. По приезде в село командир Чернобровый приказал собраться на митинг, и когда жители собрались, он, ругаясь площадной бранью, приказал собравшимся стоять смирно, митинг был окружен вооруженным отрядом и было выставлено два пулемета. Когда один из граждан заявил, что такое обращение недопустимо по отношению к населению, то командир Чернобровый начал ругать граждан площадной бранью. Митинг закончился тем, что из среды собравшихся было выделено 40 человек, из которых уведено в качестве заложников 28 человек. У пяти граждан села были произведены обыски. У гражданина Биляла забрано все имущество и скот: 2 вола, 3 лошади и две линейки, 25 пудов ячменя и все сено. Пострадали и другие сельчане. При взятии заложников Чернобровый предложил привести ему безрукого атамана бело-зеленых Улу-Узеньской группы. Жители, собравшись, вышли в лес и поймали двух бело-зеленых, которых сдали Чернобровому, но тот заложников не выпустил. Отдельные красноармейцы вели себя скверно, самостоятельно врывались в дома, требуя фуража и продовольствия, понося похабными словами граждан. Кроме этого, для отряда было зарезано по требованию командира пять овец. За время пребывания в Улу-Узене отряд никаких операций не предпринимал, на 3-й день уехал и увез с собой заложников. Через некоторое время 6 заложников возвратились, а остальные были отправлены неизвестно куда.

Главари

Кто возглавлял отряды бело-зеленых? Этому должно быть посвящено специальное исследование. Мы же ограничимся некоторыми фигурирующими фамилиями: генерал Бабочкин, полковник Станишевский, Абадзе, Алешин, Спаи, Мамуладзе. На Южном берегу Крыма действовал отряд Мустафы Курбы (часто его называли Курва Мустафа), в районе Бахчисарая — Османа Шевкета.

Для переговоров с крымскими татарами, действовавшими в горах, власть уполномочила Вели Ибраимова, который убеждал их в необходимости сложить оружие. Эта практика давала положительные результаты.

Очередная тема по истории Крыма, поднимаемая на страницах газеты «Голос Крым new», имеет цель, в том числе, привлечь внимание молодых крымскотатарских историков для глубокого изучения бело-зеленого и красно-зеленого движений на нашем полуострове в первой четверти ХХ века.

comments powered by HyperComments
Loading the player ...

Анонс номера

Последний блог


Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/users/a/awebo/domains/goloskrimanew.ru/wp-content/themes/gk/sidebar-single_npaper.php on line 65