Когда не стало моего отца, его наставления, рассказы, размышления стали постоянно будоражить мои мысли. Остается сожалеть, что не все зафиксировала память, при этом понимаешь, что время и дальше будет предавать забвению прошлые события, если не оставишь после себя письменные свидетельства. Как оказалось, человеческая жизнь – это миг. Еще недавно ты был ребенком, потом отцом, а теперь дедом. События, люди – все перед глазами. Кого только не видел, что только не повидал! С уходом старшего поколения, навсегда уносящего с собой информацию, происходит прощание с прошлым. Вовремя проявленный интерес способствует накоплению знаний, требующих реализации. С возрастом, все чаще задумываешься о предках, о роде. Просматривая старые фотографии в семейном альбоме, находишь и тех, о которых ничего не ведаешь. Понимаешь, что эти люди — близкие родственники, у них есть дети, внуки, правнуки, но ты никого не знаешь, родственные связи утеряны. Но есть рычаги, оживляющие отношения, и в первую очередь — это наука о прошлом. Не будь мы историками, вряд ли сложились бы наши дружеские отношения, а как потом оказалось — и родственные. Наши прапрадеды были родными братьями, но в депортации семьи оказались в разных городах, и пути практически не пересекались. В пятом поколении связи наладились, а общие интересы привели к активному сотрудничеству.

Жизнь течет своим чередом, уходят в вечность старшие поколения, рождаются новые. В труде и заботах протекает жизнь крымскотатарского народа. Человек индивидуален, поэтому и интересы у людей разные. У кого-то они сфокусированы на бизнесе, получении большей прибыли. Кто-то учит, сводя концы с концами, но по достоинству оцениваемый добрым словом и благодарностями своих учеников. Кто-то лечит, радуясь спасенным жизням своих пациентов. Общество многогранно, где каждый выполняет свою функцию, неся ответственность перед потомками.

Молодожены Ибраим и Махубе Чилеевы (Окончание. Начало в №38) Лишению избирательных прав подвергались не только главы семей, но и их жены, совместно проживающие с ними совершеннолетние дети, фигурирующие в

В руках у меня архивное­ дело крымского лишенца, то есть лишенного избирательных прав в 1927 (по другим сведениям — 1926) году жителя деревни Мисхор Ашира Чилеева (другой вариант написания фамилии – Челиев, Челеев). Для нас, современников, личность практически неизвестная, только для выходцев из Мисхора из семейных преданий доходили сведения об уважаемом человеке, крупном специалисте-табаководе. Мисхорцы упоминают имя Ашира-ака как образец для подражания, когда речь заходит о трудолюбии, мастерстве, отношении к работникам и благополучии, созданном собственным кропотливым трудом. Ашир Чилеев давно покинул этот мир, но там, в Мисхоре, где располагалось его недвижимое имущество, этот район даже послевоенными переселенцами именовался Ашировкой.

Я хорошо запомнил тот момент, когда на презентации книги «Дерекой: память о прошлых поколениях» гость мероприятия Гульсюм Куляне попросила написать книгу о ее родной деревне Ай-Василь. Спустя короткое время Гульсюм-ханум попала в аварию. При переходе через дорогу на нее наехал автомобиль, в результате чего она скончалась. У нее была особая любовь к своей малой родине, и воодушевляет то, что такой любовью в различных ее проявлениях обладают многие крымские татары. В крымском госархиве мне на глаза попался документ — список лишенных избирательных прав жителей деревни Ай-Василь на 1928 г. Готовя к публикации материал, я вспомнил просьбу Гульсюм-апа Куляне, и сожалею, что с ним она уже не сможет ознакомиться. Она была большим любителем чтения, почитателем газеты «Голос Крыма new», и хочется верить, что публикация найдет ­свою заинтересованную аудиторию.

Дерекой – одно из известных сел Крыма, до Второй мировой войны преимущественно населенное крымскими татарами. Ныне населенный пункт упразднен, а его территория включена в городскую черту Ялты. Дерекой не был обделен вниманием путешественников, авторов путеводителей, которые ос­тавляли ценные сведения о селе и его жителях. Само месторасположение села предполагало ведение его населением активной разносторонней жизни, связанной не только с производством сельхозпродукции, но и умелым ее сбытом, развитием торговли и, сегодня бы сказали, оказанием турис­тических услуг. Дерекойское купечество славилось своей благотворительной деятельностью и попечительством. В Дерекое на заре своей педагогической деятельности преподавал Исмаил Гаспринский. А в конце XIX века на средства местных состоятельных жителей было построено новое здание для школы, впечатляющее своими размерами для того времени.

29 мая в Крымскотатарском музее культурно-исторического наследия состоялась торжественная передача музею личной библиотеки ветерана национального движения крымских татар, известной правозащитницы, общественного деятеля Айше Сеитмуратовой. Фонды библиотеки пополнили около двух тысяч книг.

Тем, кто интересуется крымскотатарской песней и музыкой, ис­торией и культурой, достаточно хорошо известно имя композитора Абибуллы Каври. Вместе с тем следует признать, что сведения о нем и его семье довольно ограничены. Известно, что Абибулла Каври во время II мировой войны участвовал в подполье, был раскрыт, арестован и расстрелян оккупантами. Возможно, в будущем исследователи раскроют неизвестные страницы его жизни и деятельности. Со своей стороны, я постараюсь внести и свою частичку труда в это благородное дело.

Человеческие судьбы во многом отражают общественно-политические процессы, происходящие в обществе и государстве. Не вдаваясь в историю конкретных семей, вряд ли до конца поймешь и осознаешь последствия тех решений, принимаемых режимом для продвижения собственной политики. Такие термины, как «лишенцы», «кулаки», «подкулачники» и т.д., отражающие действия государственных органов власти по лишению избирательных прав граждан, раскулачиванию, изъятию всего нажитого имущества, выселению за тысячи километров от родных очагов, — есть не общие слова, с легкостью читаемые спустя сто лет после произошедших событий, за ними кроются миллионы искалеченных судеб и личных трагедий граждан, попавших под репрессии.

Предлагаемый вниманию читателей список лиц – это жители деревни Гаспра, лишенные избирательных прав, на 1928 год. Процесс превращения гражданина в «лишенца» получил широкое распространение в 1926 году и растянулся почти на целое десятилетие. Имеющиеся в Государственном архиве РК сведения позволяют знакомиться с индивидуальными делами лишенцев, заведенными в разные годы. Граждане стремились отстаивать свои права в вышестоящих инстанциях, поэтому тяжбы могли длиться годами. Переписка, обращения свидетельствуют, что лишение избирательных прав могло происходить, в том числе, и из-за личной неприязни работников сельсовета и членов избирательных комиссий в отношении своих односельчан. В данный список не вошли фамилии граждан, пораженных в правах позже. Положение лишенцев было катастрофическим, уничижительный статус распространялся на всю семью, которую лишали возможности нормального трудоустройства, образования, лечения. В селе лишение избирательных прав являлось предвестником раскулачивания и выселения. Атмосфера страха, беспомощности царила в деревнях. Сколько загубленных судеб и безвинных жертв оказалось в результате проводимой политики.